Рубрика: История создания

Часть 1. Попытка создать универсальную артиллерийскую машину на базе Т-26

 

В середине 1930-х годов советское военное руководство пришло к пониманию необходимости механизации не только танковых, но и артиллерийских частей. Опыт учений и манёвров показал, что буксируемая артиллерия, особенно орудия сопровождения, не всегда поспевает за наступающими войсками. Решением проблемы должны были стать самоходные артиллерийские установки (САУ), способные двигаться в одних боевых порядках с танками и пехотой.

Одним из наиболее интересных и амбициозных проектов того времени стал «триплекс» СУ-5 — семейство самоходных установок на базе лёгкого танка Т-26, вооружённых орудиями трёх различных калибров. Идея была по-своему элегантной: использовать единое шасси для решения разных тактических задач — от борьбы с полевыми укреплениями до борьбы с танками и контрбатарейной борьбы. Однако на практике реализация этой концепции столкнулась с целым рядом технических, технологических и организационных проблем, которые в итоге предопределили скромную судьбу проекта.

Настоящая статья основана на материалах исследований Юрия Пашолока, архивных документах ЦАМО РФ и открытых публикациях, посвящённых ранней советской бронетехнике.

 

1. Орудия, которыми планировалось вооружать САУ «триплекс» СУ-5

 

• Концепция «триплекса» и выбор калибров

Идея создания САУ «триплекс» родилась в недрах Управления механизации и моторизации РККА (УММ) в 1933–1934 годах. Её суть заключалась в том, чтобы на едином шасси, максимально унифицированном с серийным лёгким танком Т-26, установить три различные артиллерийские системы:

• 76,2-мм дивизионную/полковую пушку — для борьбы с полевыми укреплениями, огневыми точками и, при необходимости, с танками противника;
• 122-мм гаубицу — для разрушения долговременных укреплений и подавления живой силы противника;
• 152-мм мортиру — для разрушения особо прочных сооружений и ведения контрбатарейной борьбы.

Такой набор калибров соответствовал тогдашней советской доктрине применения артиллерии сопровождения и отражал реальные потребности пехотных и танковых соединений.

 

• 76,2-мм полковая пушка обр. 1927 г.

Первым орудием, выбранным для установки на САУ СУ-5, стала 76,2-мм полковая пушка образца 1927 года (индекс ГАУ — 52-П-322). Это орудие было разработано в КБ Орудийно-арсенального треста под руководством Ф. Ф. Лендера и представляло собой попытку создать компактное, достаточно лёгкое орудие для непосредственного сопровождения пехоты.

 

Рис.1 76мм пушка образца 1902/30 годов – основа советской дивизионной артиллерии межвоенного периода. Орудие хорошо справлялось и с ролью противотанкового средства, но скорость перевозки была крайне низкой

 

Основные ТТХ пушки обр. 1927 г.:

• калибр: 76,2 мм;
• длина ствола: 16,5 калибров (1257 мм);
• масса в боевом положении: 902 кг;
• масса снаряда: 6,2 кг;
• начальная скорость снаряда: 381 м/с;
• максимальная дальность стрельбы: 4200 м;
• углы обстрела по горизонту: ±24°;
• углы обстрела по вертикали: от -7° до +37°.

Орудие было сравнительно небольшим и лёгким, что позволяло разместить его в относительно тесной рубке САУ. Однако его баллистические качества были умеренными — малая начальная скорость снаряда ограничивала как дальность стрельбы, так и бронепробиваемость. Тем не менее для 1930-х годов, когда танки противника ещё не имели толстой брони, такая пушка считалась вполне адекватной для задач сопровождения.

 

• 122-мм гаубица обр. 1910/30 гг.

Вторым орудием триплекса стала 122-мм гаубица образца 1910/30 годов (индекс ГАУ — 52-Г-420). Это была модернизация старой русской гаубицы системы Шнейдера, проведённая в конце 1920-х — начале 1930-х годов. Модернизация включала наложение нового ствола с более крутыми нарезами, усиление лафета и введение нового колёсного хода с подрессориванием.

 

Рис.2 122мм гаубица образца 1910/30 годов – самая массовая советская гаубица довоенного периода

 

Основные ТТХ гаубицы обр. 1910/30 гг.:

• калибр: 122 мм;
• длина ствола: 12 калибров (1464 мм);
• масса в боевом положении: 2250 кг;
• масса фугасного снаряда: 21,7 кг;
• начальная скорость снаряда: 364 м/с;
• максимальная дальность стрельбы: 8900 м;
• углы обстрела по вертикали: от -1° до +65°

Гаубица обладала мощным фугасным снарядом, способным разрушать полевые и частично долговременные укрепления. Её масса была существенно больше, чем у 76-мм пушки, что потребовало серьёзной переработки конструкции рубки и усиления подвески шасси. Тем не менее именно 122-мм гаубица считалась наиболее сбалансированным вариантом для САУ сопровождения.

 

• 152-мм мортира обр. 1931 г. (НМ)

Третьим орудием триплекса стала 152-мм мортира образца 1931 года (индекс ГАУ — 52-М-820), также известная как «НМ» (новая мортира) или «ТМ» (тяжёлая мортира). Это орудие было разработано на Ленинградском арсенале под руководством М. Ю. Циркульникова и представляло собой попытку создать компактную мортиру большой мощности для вооружения механизированных частей.

 

Рис.3 152мм немецкая мортира образца 1931 года (она же НМ). Общий выпуск НМ чуть превысил 100 экз.

 

Основные ТТХ мортиры обр. 1931 г.:

• калибр: 152,4 мм;
• длина ствола: 8,5 калибров (1295 мм);
• масса в боевом положении: 1700 кг;
• масса фугасного снаряда: 41 кг;
• начальная скорость снаряда: 250 м/с;
• максимальная дальность стрельбы: 5280 м;
• углы обстрела по вертикали: от +20° до +70°.

Мортира имела короткий ствол и крутую траекторию стрельбы, что позволяло поражать цели, находящиеся за укрытиями. Снаряд мортиры обладал огромной разрушительной силой и был способен разрушать даже железобетонные сооружения. Однако её баллистика была малопригодна для борьбы с подвижными целями, а большой вес снаряда ограничивал боекомплект САУ.

 

• Проблемы унификации и выбора орудий

Уже на ранних стадиях проектирования стало ясно, что три выбранные артиллерийские системы имеют существенно разные массогабаритные характеристики. Если 76-мм пушка вписывалась в габариты шасси Т-26 относительно легко, то установка 122-мм гаубицы потребовала значительного увеличения размеров боевой рубки, а 152-мм мортира создала проблемы с центровкой машины и нагрузкой на ходовую часть.

Кроме того, каждая из трёх систем имела собственную баллистику, собственные прицельные приспособления и собственные боеприпасы, что создавало серьёзные трудности с организацией снабжения и подготовкой экипажей. Несмотря на эти проблемы, руководство УММ настаивало на сохранении концепции триплекса, полагая, что унификация шасси с лихвой окупит разнообразие орудийных систем.

Продолжение следует.

 

 

В истории советского бронетанкового и артиллерийского строительства 1930-х годов осталось немало страниц, которые сегодня кажутся скорее альтернативной историей, чем реальностью. Одной из таких страниц является разработка самоходных артиллерийских установок (САУ) на базе легковых и малогрузовых автомобилей. Пока конструкторы под руководством Н.И. Дыренкова пытались создать громоздкие бронеавтомобили с танковыми башнями, в Особом конструкторском бюро (ОКБ) под руководством Л.В. Курчевского шла работа над концепцией, которая, при правильном подходе, позволила бы СССР вырваться вперёд на десятилетия. Речь идет о безоткатных пушках.

 

Рис.1 СУ-4 с брезентовой крышей над кабиной водителя

 

Одним из решений данной серии являлась СУ-4 (СПК). Она представляла собой безоткатку Курчевского, установленную на колёсном трёхосном шасси ГАЗ-ТК.

 

Видение “артиллерии будущего” в контексте стратегии «глубокой операции»

Чтобы понять логику создателей СУ-4, нужно погрузиться в атмосферу начала 1930-х годов. В РККА активно разрабатывалась теория «глубокой наступательной операции». Мотомеханизированным частям требовалась артиллерия, способная следовать за ними в одном темпе, не отставать на грунтовых дорогах и при этом обладать достаточной огневой мощью. Традиционные 76-мм дивизионные пушки образца 1902/30 годов были слишком тяжелы (более 1000 кг в боевом положении) и требовали тракторной тяги.

 

Рис.2 ДРП Курчевского калибра 76мм, устанавливавшаяся на СУ-4. Вид спереди

 

Выходом из ситуации казались динамо-реактивные пушки (ДРП) — безоткатные орудия, разработкой которых с начала 1920-х годов занимался Л.В. Курчевский. Принцип их действия был прост и гениален: при выстреле часть пороховых газов стравливалась через казенную часть ствола, оснащенную соплом. Создаваемая реактивная тяга полностью уравновешивала силу отдачи. Лафет не испытывал нагрузок, что позволяло радикально снизить массу орудия и упростить его конструкцию.

 

Рис.3 Прицел ДРП 76 мм

 

Итогом этих работ стало принятие на вооружение в 1932 году 76-мм батальонной пушки Курчевского (БПК-76). В боевом положении она весила всего 180 кг — почти в восемь раз меньше обычной «трехдюймовки». Расчет из четырех человек мог легко перекатывать ее по полю вручную.

 

Рис.4 СУ-4 на испытаниях. 1934 год

 

Однако у ДРП были и специфические особенности, диктовавшие тактику их применения.

• Во-первых, для стрельбы использовались специальные унитарные выстрелы.

Гильзы стандартных 76-мм снарядов (осколочно-фугасных, шрапнельных, бронебойных) имели перфорацию — отверстия в донце и стенках, закрытые картонными или деревянными пробками. При выстреле газы вырывались наружу, создавая реактивную струю.

• Во-вторых, выстрел сопровождался оглушительным грохотом и мощным пылевым облаком из-за реактивной струи, ударяющей в землю.

Орудие мгновенно демаскировало себя, поэтому тактика «засадной стрельбы» для БПК не подходила. Работать приходилось по принципу «подъехал — выстрелил — уехал».

 

Шасси ГАЗ-ТК: попытка обмануть гравитацию

Для установки БПК-76 на автомобиль требовалось шасси с высокой проходимостью и грузоподъемностью, но при этом легкое и быстрое. Стандартный ГАЗ-А (советская копия Ford Model A) с колесной формулой 4х2 не подходил.

 

Рис.5 СУ-4 на испытаниях. Вид слева-сзади

 

В 1933 году в СКБ Л.В. Курчевского начинается проектирование трехосного автомобиля, получившего индекс ГАЗ-ТК (трехосный Курчевского). Работы велись на заводе «Гудок Октября» в Горьком. Конструкторы пошли путем радикальной модернизации: типовую раму ГАЗ-А удлинили на 930 мм, приварив и приклепав сзади лонжероны от передней части другой такой же рамы. Машина получила колесную формулу 6х4.

 

Рис.6 СУ-4 на боевой позиции

 

Чтобы «пропихнуть» крутящий момент на три моста при слабом 40-сильном моторе ГАЗ-А, передаточное число главной передачи изменили с 4,44 на 6,66, позаимствовав шестерни от грузовика ГАЗ-АА (причем ведомую шестерню пришлось искусственно утончать, так как она не влезала в картер ГАЗ-А). Для повышения проходимости на задних крыльях перевозились быстросъемные гусеничные ленты «Оверолл», которые расчет мог надеть на задние скаты за несколько минут.

Несмотря на внешнюю эффективность (машина показала лучшую проходимость, чем ГАЗ-А), с точки зрения военных приемщиков УММ РККА ГАЗ-ТК был кошмаром. В архивных отчетах отмечалось, что шасси нельзя было собрать из стандартных деталей ГАЗ-А и ГАЗ-АА — требовались десятки новых поковок и отливок. Средний мост пришлось компоновать из 23 новых деталей, а в задний мост добавили еще 27. Из-за перекосов мостов на пересеченной местности у ГАЗ-ТК часто заклинивало тормоза. Машина получилась сложной, ненадежной и трудоемкой в производстве. Тем не менее, в 1934–1935 годах завод «Гудок Октября» выпустил около 247 машин этого типа.

 

Брак по расчету: рождение СУ-4

Из почти 250 выпущенных шасси ГАЗ-ТК лишь 23 машины были переоборудованы в полноценные самоходные артиллерийские установки, получившие обозначение СУ-4 (также встречается аббревиатура СПК — самоходная пушка Курчевского). Остальные шасси пошли на роль штабных машин и артиллерийских тягачей.

 

Рис. 7 СУ-4 со снятым брезентом над кабиной водителя

 

Компоновка СУ-4 была нетипичной для советского танкостроения, но напоминала современные «технические» пикапы. Капотный переднемоторный автомобиль имел открытую платформу типа «пикап» с брезентовым верхом. В задней части, на месте грузовой платформы, на тумбовой установке размещалась 76-мм ДРП БПК.

Тумбовая установка обеспечивала круговое горизонтальное наведение (360°). Это было огромным преимуществом: орудие можно было вести огонь как с машины, так и после быстрой разгрузки — прямо с грунта. Бронирования корпус не имел вовсе (грузоподъемность шасси была на пределе), лишь расчет прикрывался тонким 6-мм броневым щитком. Экипаж состоял из 4 человек: водителя, командира и двух номеров расчета. Для обороны от пехоты в укладке возился 7,62-мм пулемет ДТ с 15 дисками (945 патронов). Боекомплект к пушке был скромным — всего 30 выстрелов, размещенных в зарядных ящиках за кабиной.

 

Рис.8 Вариант установки ДРП 76мм на легковое шасси

 

 

Интересный факт: параллельно с 76-мм СУ-4, в 1933-1934 годах в СКБ-1 завода №8 прорабатывался проект установки на то же шасси ГАЗ-ТК более мощной 152-мм динамореактивной пушки. Однако боевая масса такой машины достигала 2,5 тонн, что для хлипкого шасси ГАЗ-ТК было совершенно неподъемным. Проект остался на бумаге.

 

Боевой путь и трофеи

Судьба 23 самоходок СУ-4 сложилась непросто. Предназначавшиеся для разведывательных батальонов стрелковых и танковых дивизий, они стали заложниками малой серии и отсутствия штатных боеприпасов в нужных объемах.

Тем не менее, несколько машин приняли участие в Советско-финской войне (1939–1940 гг.) в составе разведподразделений. Именно оттуда происходит единственный сохранившийся до наших дней образец СУ-4. Финские войска захватили исправную самоходку, которая сегодня экспонируется в Военном музее в Хельсинки. Финны демонтировали орудие (которое не могли использовать из-за отсутствия снарядов), но сам автомобиль и панорамный прицел от него сохранились.

К началу Великой Отечественной войны парк СУ-4 в РККА сократился. Известно, что 6 машин входило в разведбат 43-й танковой дивизии, еще 6 числилось в 9-м механизированном корпусе, и как минимум одна — в 44-й стрелковой дивизии.

Командир разведывательного батальона 43-й танковой дивизии В.С. Архипов в мемуарах «Время танковых атак» тепло отзывался об этих машинах:

«Особенно эффективно работали гаубичный дивизион и пушки РПД [так в мемуарах названы безоткатки]. Снаряд этой пушки свободно прошивал даже лобовую броню немецких средних танков, не говоря уже о легких Т-1 и Т-2».

Действительно, бронебойная граната БПК, разогнанная пороховыми газами, представляла серьезную угрозу для ранней немецкой бронетехники летом 1941 года. Однако после израсходования специфических боеприпасов (которые к тому времени уже не выпускались) СУ-4 фактически превратились в обычные грузовые пикапы для подвоза боеприпасов и эвакуации раненых. Как только ресурсы шасси иссякали, машины отправляли на слом. По крайней мере один экземпляр из состава 44-й стрелковой дивизии был захвачен немцами в 1941 году, но его дальнейшая судьба неизвестна — вероятно, он разделил участь остальных, пойдя на запчасти.

 

Эпилог

Судьба самого Курчевского оказалась трагичной. В 1937 году, в разгар «большого террора», он был арестован по обвинению во вредительстве и создании бесперспективных систем вооружений (связь с репрессированным маршалом М.Н. Тухачевским, который активно лоббировал ДРП, сыграла роковую роль). В 1938 году конструктор был расстрелян. Все работы по безоткатной артиллерии в СССР были свернуты, а оставшиеся пушки БПК-76 сняты с вооружения в 1939 году.

Казалось бы, история СУ-4 и ДРП должна была закончиться в архивной пыли. Однако концепция, заложенная Курчевским, оказалась невероятно живучей. Спустя два десятилетия, с появлением новых кумулятивных боеприпасов и более совершенных порохов, безоткатные орудия триумфально вернулись на поля сражений в виде противотанковых гранатометов (РПГ) и тяжелых безоткатных орудий (Б-10, Б-11, СПГ-9).

Самоходная установка СУ-4 на шасси ГАЗ-ТК осталась в истории как смелый, но преждевременный эксперимент. Машина, лишенная броневой защиты, но обладающая феноменальной для своего времени огневой мощью при минимальной массе, была прообразом современных высокомобильных огневых комплексов на автомобильных шасси. И если бы металлургия и химическая промышленность СССР 1930-х годов позволили довести концепцию ДРП до ума, «мобильные гадюки» Курчевского, возможно, могли бы изменить тактику применения легкой артиллерии во Второй мировой войне.

 

 

Продолжаю цикл статей по истории САУ. Начало можно посмотреть здесь.

Первая половина 1930-х годов в СССР — это время не только массового освоения танкостроения, но и эпоха смелых, порой авантюрных экспериментов. Военная мысль, окрыленная теорией «глубокой операции» и тезисом «малой крови на чужой территории», жаждала получить на вооружение мобильные, дешевые и мощные огневые средства. На волне этого энтузиазма родилась идея скрестить массовую танкетку Т-27 с новейшими динамо-реактивными (безоткатными) пушками Леонида Васильевича Курчевского,

 

Рис.1 Самоходная установка СУ-3. Вид справа.

 

Так появился «малый артсамоход» СУ-3, известный также под индексами Т-27К и СУ-76К. Машина, которая должна была стать грозным оружием, в итоге ставшая жертвой суровой физической реальности.

 

1. Анатомия «малого артсамохода»: от Т-27 к СУ-3

К 1933 году Красная Армия располагала уже тысячами выпущенных танкеток Т-27. Эта компактная, дешевая и маневренная машина идеально подходила для разведки и связи, но её вооружение из одного 7,62-мм пулемета ДТ становилось очевидным анахронизмом на фоне появления даже легкобронированных целей. Попытки вписать в габариты Т-27 что-то посерьезнее пулемета предпринимались не раз (вспомним опыты с 37-мм пушками Гочкиса или спаренными танкетками-патроновозами), но все они упирались в главную проблему классической артиллерии — отдачу. Ходовая часть танкетки просто не выдерживала импульса выстрела.

 

Рис.2 СУ-3. Вид слева

 

Решение, которое казалось гениальным на бумаге, предложили в Особом конструкторском бюро № 1 ГАУ, а затем в Управлении Уполномоченного по специальным работам. Его продвигал Л.В. Курчевский — пионер отечественной безоткатной артиллерии, пользовавшийся колоссальной поддержкой М.Н. Тухачевского и К.Е. Ворошилова. Динамо-реактивные пушки (ДРП) Курчевского не имели классической отдачи, так как часть пороховых газов выбрасывалась назад через коническое сопло.

 

Рис.3 Проекции СУ-76К (СУ-3)

 

В 1933 году было принято решение установить 76-мм ДРП Курчевского на шасси Т-27. В документах того периода эта машина фигурирует под несколькими обозначениями, что до сих пор вызывает путаницу у исследователей:

• «Малый артсамоход СУ-3»;
• Т-27К (танкетка с пушкой Курчевского);
• СУ-76К (самоходная установка с 76-мм пушкой Курчевского).

Конструктивно опытный образец, построенный в 1933 году, представлял собой серийную Т-27, лишенную штатного пулеметного вооружения.

 

Рис.4 СУ-76К (СУ-3) на испытаниях

 

Вместо него в лобовом листе (или надстройке) устанавливалась 76-мм безоткатная пушка. Внешне машина отличалась от базовой танкетки лишь наличием сильно выступающего вперед ствола и, что самое главное, наличием реактивного сопла в кормовой части, что кардинально меняло тактику её применения.

 

2. Основные характеристики и статус СУ-3 (Т-27К)

 

Характеристика	Показатели / Описание
Базовое шасси	Малая танкетка Т-27 обр. 1931 г.
Альтернативные индексы	Т-27К, СУ-76К
Главный калибр	76,2-мм динамо-реактивная пушка (ДРП) конструкции Л.В. Курчевского
Боекомплект	Унитарные выстрелы (осколочная граната, шрапнель, бронебойная граната)
Макс. дальность стрельбы	До 7000 м (осколочной гранатой)
Масса орудия	Около 180 кг (без учета станка и боеукладки)
Статус	Опытный образец (построен в 1933 г.)

 

3. Иллюзии полигона и суровая правда полей

Как это часто бывает с «чудо-оружием», первые полигонные испытания СУ-3 прошли вполне достойно. На закрытых стрельбищах, где не было ветра, а грунт был тщательно укатан, безоткатная пушка показала себя неплохо. Военные, привыкшие видеть, как 76-мм орудия отбрасывают легкие шасси назад, были восхищены отсутствием отдачи. Казалось, что идеальная мобильная артиллерия для кавалерии и мотопехоты найдена.

 

Рис.5 СУ-3 на испытаниях

 

Однако этап войсковых испытаний безжалостно развеял эти иллюзии. Эксплуатация СУ-3 в условиях, максимально приближенных к боевым, выявила критические недостатки, которые сделали дальнейшую работу бессмысленной.

Главные причины провала проекта СУ-3

1. Катастрофические демаскирующие признаки.

При выстреле из сопла в кормовой части танкетки вырывалась мощная, раскаленная струя пороховых газов. Поднималось гигантское облако пыли и грязи. В условиях реального боя это мгновенно демаскировало позицию самоходки, делая её приоритетной целью для вражеской артиллерии и авиации.

2. Небезопасность эксплуатации.

Зона позади танкетки превращалась в «зону смерти». Находящаяся позади машины пехота или расчеты рисковали получить тяжелые контузии и ожоги от реактивной струи. В замкнутом пространстве боевого отделения танкетки экипаж также подвергался риску от акустической волны и пороховых газов, затекавших внутрь корпуса.

3. Плохие баллистические характеристики.

76-мм ДРП Курчевского, при всей своей легкости (около 180 кг), уступала классическим нарезным пушкам в начальной скорости снаряда и точности боя. Бронебойные возможности 76-мм реактивной гранаты образца 1933 года оставляли желать лучшего.

4. Теснота и эргономика.

Размещение громоздких унитарных выстрелов (или реактивных снарядов) в микрообъеме танкетки Т-27 было крайне неудобным. Скорострельность и маневренность машины на поле боя падали из-за необходимости тщательного выбора позиции (чтобы реактивная струя не задела препятствий сзади).

 

4. «Курчевщина» на марше: Масштаб эксперимента

Закрытие проекта СУ-3 не было изолированным событием. Оно стало частью общей переоценки ценностей в отношении динамо-реактивных систем Курчевского. Леонид Васильевич, опиравшийся на поддержку наркома тяжёлой промышленности Г.К. Орджоникидзе и маршала М.Н. Тухачевского, к 1933–1935 годам развернул беспрецедентную кампанию по установке своих пушек буквально на всё, что движется.

 

Рис.6 СУ-3 преодолевает подъём в 35°

 

Помимо танкетки Т-27, безоткатные орудия Курчевского примерялись и устанавливались на самые неожиданные носители:

• танк Т-26 (опыты по установке 76-мм ДРП);
• легковой автомобиль ГАЗ-А (самоходная пушка СПК);
• мотоцикл «Харлей-Дэвидсон» (мотоартиллерийская установка МПК);
• авиация (истребители И-Зет, ИП-1, АНТ-23, АНТ-29, АНТ-31, АНТ-46).

Для управления этим валом «специальных работ» в декабре 1933 года Курчевскому даже передали только что построенный Государственный завод № 38 в Подлипках. Однако физика не поддавалась административному ресурсу. К 1936 году стало очевидно, что баллистика ДРП недостаточна для поражения современных целей, а безопасность применения вызывает слишком много вопросов.

 

5. Исторический итог

Проект СУ-3 (Т-27К) был тихо закрыт. Опытный образец, вероятно, был разобран или использован для дальнейших статических испытаний орудия. Сама танкетка Т-27 к этому времени также начала сдавать позиции, уступая место более совершенным амфибиям Т-37А и Т-38.

Судьба Л.В. Курчевского трагична и показательна для эпохи 1930-х годов. После ареста М.Н. Тухачевского в 1937 году все работы по безоткатной артиллерии были свернуты, а сами системы объявлены «вредительскими». Сам Курчевский был репрессирован и расстрелян (позднее, в 1956 году, реабилитирован).

Однако идея, заложенная в СУ-3, не умерла. Спустя десятилетия, во время Второй мировой и особенно в период Холодной войны, конструкторы вернулись к принципу динамо-реактивной (безоткатной) пушки. Но на этот раз их создавали не на базе крошечных танкеток, а как специализированные комплексы (Б-10, Б-11, СПГ-9) и гранатометы (РПГ), где реактивная струя и демаскировка стали осознанным компромиссом ради мобильности и мощи. СУ-3 же осталась в истории как смелый, но преждевременный эксперимент, наглядно доказавший, что в бронетехнике нельзя игнорировать законы физики, даже если за тебя говорит авторитет наркома.

 

 

Рождение концепции универсальной бронемашины

В начале 1930-х годов советские конструкторы активно искали новые формы бронетанковой техники, способной действовать на различных типах местности. Особый интерес вызывала идея создания машин, способных передвигаться не только по обычным дорогам, но и по железнодорожным рельсам, а также преодолевать водные преграды. Именно в этом контексте велись работы по созданию автодрезин БАД, которые должны были представлять собой универсальную боевую машину.

Разработка этих машин велась техническим отделением экономического отдела полномочного представительства ОГПУ при Ленинградском военном округе, а позже к работе подключились и военные ведомства

Первенцем стал БАД-1, созданный в 1931 году на базе грузовика Ford AA, который успешно прошел испытания и даже был принят на вооружение пограничной охраны ОГПУ (более подробно смотри здесь). Успех этой машины вдохновил конструкторов на создание более сложных и многофункциональных образцов.

 

1. БАД-2: плавающая бронеавтодрезина

 

История создания и проектирование

Работы над БАД-2 начались в 1932 году, когда группа инженеров под руководством Н.Я. Обухова на Ижорском заводе (по другим данным, на заводе «Большевик») получила задание создать улучшенную версию БАД-1 с расширенными возможностями.

 

Рис.1 Бронеавтомобиль-дрезина БАД-2 на железнодорожном ходу

 

Согласно документам тех лет, машина классифицировалась как «броне-авто-водо-машина», что подчеркивало её уникальную способность передвигаться по суше, воде и железнодорожным путям.

Интерес к проекту проявили как сотрудники ОГПУ, так и Управление механизации и моторизации РККА (УММ РККА). 2 августа 1932 года между УММ РККА и опытным отделом машиностроительного завода имени Ворошилова даже был заключен договор на проектирование и изготовление улучшенного бронеавтомобиля БАД-3.

Однако основной фокус работ сосредоточился на доводке БАД-2.

 

Конструкция и технические особенности

БАД-2 создавался на базе трехосного грузовика «Форд-Тимкен» (колесная формула 6×4) и представлял собой сложную многофункциональную машину, которая получила полностью закрытый лодкообразный корпус, сваренный из листов катаной стали толщиной 6 мм. Это обеспечивало защиту от пуль и мелких осколков.

 

Рис.2 БАД-2 на колёсном ходу. Поверх пневматических шин задних ведущих мостов надеты вездеходные гусеничные цени типа «Оверолл»

 

Ключевые конструктивные особенности:

• переднее расположение двигателя и двухместное отделение управления;
• на крыше боевого отделения устанавливалась шестигранная коническая башня кругового вращения с 37-мм пушкой Б-3 (боекомплект 60 выстрелов);
• на корме за подбашенной коробкой находилась меньшая башня с 7,62-мм пулеметом ДТ (боекомплект 3000 патронов);
• для движения по рельсам обычные колеса заменялись железнодорожными бандажами, при этом скорость по железной дороге достигала 90 км/ч;
• для преодоления водных преград использовался гребной винт, укрепленный на конце вала червячной передачи заднего моста, скорость на плаву составляла 4-6 км/ч;
• для повышения проходимости по мягким грунтам на колеса задних осей могли надеваться металлические гусеницы типа «оверолл» (по другим источникам гусеницы были резиновыми).

Машина оснащалась радиостанцией и двумя 20-литровыми баллонами для постановки дымовой завесы

 

Тактико-технические характеристики

Характеристика	Значение
Боевая масса	4,7–7,11 т (по разным источникам)
Экипаж	3–4 человека
Длина × Ширина × Высота	5400–6488*2000–2196*2107–2200 мм
Клиренс	240–270 мм
Бронирование	6 мм (корпус и башня), 4 мм (днище и крыша)
Вооружение	1 × 37-мм пушка Б-3, 2 × 7,62-мм пулемета ДТ
Двигатель	Ford, 4-цилиндровый, карбюраторный, 40 л.с.
Максимальная скорость	65–70 км/ч (шоссе), 6 км/ч (на плаву), 90 км/ч (рельсы)
Запас хода	300 км (шоссе), 180 км (проселок)

 

Испытания и судьба проекта

Испытания БАД-2 проводились в конце весны 1932 года в окрестностях завода под Ленинградом. Они выявили множество недостатков. Пример:

• из-за стремления разработчиков максимально повысить уровень защиты двигатель часто перегревался, а доступ к основным агрегатам был затруднен;
• на воде машина держалась неплохо, но из-за особенностей корпуса управляемость была плохой, а выходить из воды можно было только при пологом береге и твердом дне;
• движение по мягкому грунту или песку также вызывало трудности.

Конструкторское бюро завода оперативно провело доработки, заменив фары и убрав кожухи вентиляционных жалюзи.

В таком виде бронеавтомобиль больше устроил заказчика. Машина приняла участие в параде 1 мая 1933 года на площади Урицкого в Ленинграде, пройдя в одном строю с БАД-1 и другой бронетехникой, после чего успешно преодолела Неву по воде, что произвело сильное впечатление на зрителей.

Несмотря на эффектные демонстрации, военное руководство выдвинуло серьезные требования: усилить броню и вооружение, а главное — повысить надежность машины.

Конструкторам не удалось устранить все высказанные замечания, реализовать пожелания заказчиков и сохранить, при этом, боевые свойства машины. Заказ на 25 машин, размещенный на Ижорском заводе, так и не был выполнен полностью — к сентябрю 1933 года разработка прекратилась.

В последнем сообщении УММ РККА в наркомат обороны содержалась фраза: «БАД (плавающий) из 25 будет, вероятно, сдано не более 15…».

А по факту был построен единственный опытный образец в 1932 году.

 

Причины непринятия на вооружение:

• слишком сложная и «разносторонняя» конструкция, которая не могла работать без сбоев;
• недостаточная броневая защита (всего 6 мм) для машины, претендующей на роль универсальной боевой платформы;
• проблемы с охлаждением двигателя и затрудненный доступ к агрегатам;
• плохая управляемость на воде и трудности при выходе на берег;
• низкая надежность и высокая сложность обслуживания многофункциональной машины.

.

2. БАД-3: нереализованный проект улучшенной автодрезины

История создания

БАД-3 планировался как дальнейшее развитие и улучшенная версия БАД-2. 2 августа 1932 года между УММ РККА и опытным отделом машиностроительного завода имени Ворошилова был заключен договор на проектирование и изготовление этой улучшенной боевой автодрезины. Предполагалось, что БАД-3 устранит основные недостатки предшественника: усилит броневую защиту, улучшит вооружение и повысит общую надежность машины. Однако завод имени Ворошилова не смог выполнить этот заказ в установленные сроки.

В связи с этим в план опытного строительства на 1933 год включили не БАД-3, а модернизированный БАД-2.

Заказ на изготовление 25 машин модернизированной версии разместили на Ижорском заводе, куда доставили опытный образец БАД-2 для детального изучения.

 

Причины провала проекта

К сожалению, работы по плавающей бронемашине на Ижорском заводе двигались крайне медленно из-за загрузки другими приоритетными заказами. К сентябрю 1933 года разработка была окончательно прекращена. БАД-3 так и не вышел из стадии проекта — ни один экземпляр этой машины не был построен.

 

Что известно о предполагаемых характеристиках

Достоверных сведений о точных ТТХ БАД-3 в открытых источниках практически не сохранилось. Известно лишь, что машина проектировалась как «улучшенный бронеавтомобиль» с усиленной броней и вооружением по сравнению с БАД-2.

Вероятно, планировалось:

• увеличить толщину брони до 8–10 мм;

 

• установить более мощное вооружение (возможно, 45-мм пушку);

 

• улучшить систему охлаждения двигателя;

 

• доработать конструкцию корпуса для лучшей остойчивости на воде.

Однако эти планы так и остались на бумаге.

 

3. Общий анализ и значение работ для развития БТТ РККА

 

Попытка создать универсальный бронеавтомобиль, с учётом реального состояния производственных мощностей СССР того периода, слабого развития конструкторских бюро изначально была обречена на неудачу.

Почему проект БАД не пошел в серию?

• избыточная универсальность: попытка совместить слишком много функций (колесный бронеавтомобиль, железнодорожная дрезина, плавающая машина) привела к усложнению конструкции и снижению надежности;
• технические ограничения: шасси и технологии начала 1930-х годов не позволяли создать достаточно надежную и хорошо защищенную многофункциональную машину;
• изменения во взглядах на дальнейшее развитие бронетехники: военное руководство пришло к выводу, что специализированные машины (отдельно бронеавтомобили, отдельно танки, отдельно бронепоезда) эффективнее универсальных «многостаночников»;
• конкуренция с другими проектами: параллельно развивались более успешные проекты средних бронеавтомобилей БА-3 и БА-6, которые оказались более сбалансированными и надежными.

 

Историческое значение проектов

Несмотря на неудачу, опыт создания БАД-2 и нереализованного БАД-3 был ценен для советской бронетанковой школы. Конструкторы получили важный опыт в области:

• создания плавающих бронемашин (этот опыт позже пригодился при разработке ПБ-4, ПБ-7 и БАВ-4);
• интеграции железнодорожного хода в конструкцию бронетехники;
• размещения вооружения в башнях кругового вращения на колесных шасси.

Именно эти наработки позже помогли создать успешные образцы советской бронетанковой техники, такие как плавающие бронеавтомобили ПБ-4 и ПБ-7, а также знаменитые БА-6 и БА-10, ставшие основой парка колесных бронеавтомобилей РККА накануне Великой Отечественной войны.

 

 

В конце 1920-х — начале 1930-х годов Советский Союз совершал колоссальный рывок в создании бронетанковой техники. Если в 1920-е годы на вооружение РККА был принят лишь один бронеавтомобиль (БА-27), то с началом индустриализации и появлением отечественной автомобильной базы процесс пошел семимильными шагами. Одной из самых ярких, противоречивых и одновременно поучительных страниц в этой истории стала деятельность Николая Ивановича Дыренкова — изобретателя-самоучки, которому государство на короткое время доверило разработку целого спектра боевых машин.

 

Рис.1 Первый образец бронеавтомобиля Д-8 в цехе Экспериментального завода НКПС. Февраль 1931. На заднем плане виден Д-12

 

Не имея фундаментального инженерного образования, Дыренков обладал феноменальной энергией, организаторским талантом и умением убеждать руководство. 29 октября 1930 года он был назначен руководителем Опытно-конструкторского и испытательного бюро (ОКИБ) Управления по механизации и моторизации (УММ) РККА. Всего за полтора года существования этого КБ Дыренков спроектировал более 50 различных машин: от танков и бронеавтомобилей до мотоброневагонов и химических машин. Около 20 из них были воплощены в металле.

Однако отсутствие системного инженерного образования и привычка «выдавать желаемое за действительное» привели к тому, что почти все его бронеавтомобили оказались тупиковыми. Тем не менее, они сыграли свою роль: на их ошибках советские конструкторы учились тому, как делать не надо.

 

Рис.2 Д-8 с установленной бортовой шаровой пулемётной установкой

 

Ниже подробно рассмотрены основные модели бронеавтомобилей, созданные в КБ Н.И. Дыренкова.

 

1. Легкий бронеавтомобиль Д-8

История создания

История создания Д-8 обросла легендами. Согласно известному анекдоту, описанному историком Л.М. Шугуровым, в 1931 году заместитель наркома обороны, листая американский журнал «Арми Орднанс», обратил внимание Дыренкова на современные американские броневики с низким силуэтом и наклонной броней. Дыренков заявил, что подобная машина уже проектируется, и завтра он ее покажет.

 

Рис.3 Первый образец бронеавтомобиля Д-8. Судя по форме корпуса можно предположит, что броневые листы выкраивались без чертежей «по месту»

 

Сняв кузов со своего служебного Ford-A, Дыренков за один вечер сколотил фанерный макет, размечая выкройки прямо по фанере. По этим лекалам вырезали бронелисты, собрали корпус и даже успели высушить масляную краску паяльными лампами. К полудню следующего дня «гениальный конструктор» представил готовый к стрельбам прототип.

В реальности работы над легким разведывательным бронеавтомобилем на шасси «Форд-А» (ГАЗ-А) начались в сентябре 1931 года по официальному заказу УММ РККА. Прототипом послужил американский полубронированный автомобиль Т.6.

Конструкция и вооружение

Главной особенностью Д-8 (как и американского прототипа) было отсутствие башни. Машина получила низкий угловатый клепаный корпус из 3- и 7-мм бронелистов, расположенных под большими углами наклона для обеспечения рикошета пуль.

 

Рис.4 Д-8 Вид слева. Зима 1932 года. Хорошо видно, что форма бронекорпуса отличается от первого образца Д-8. Шаровая пулемётная установка в борту отсутствует.

 

Вооружение: Два 7,62-мм пулемета ДТ. Один располагался в лобовом листе справа от водителя, второй — в кормовой части корпуса. Также имелись две бортовые бойницы, которые теоретически позволяли вести почти круговой обстрел.

Экипаж: 2-3 человека.

Основные ТТХ

• боевая масса: 1,6 т;
• двигатель: карбюраторный, 40 л.с.;
• максимальная скорость: 85 км/ч (по шоссе);
• запас хода: 225 км (шоссе) / 190 км (проселок).

Принятие на вооружение и производство

Машина была принята на вооружение. Но это было вынужденной мерой.

 

Рис.5 Д-8 преодолевает брод

 

В мае 1931 года комиссия НТК УММ РККА разнесла машину в пух и прах. Выяснилось, что стрельба из бортовых и кормовой установок физически невозможна из-за тесноты (стрелки упирались в стены, спину водителя и перегретые стволы пулеметов). Обзор для водителя был ужасным, а передняя ось оказалась перегружена.

Тем не менее, армия остро нуждалась в технике, а альтернативы просто не было. После косметических доработок Д-8 рекомендовали к серийному производству. Выпуск велся на заводе «Можерез» в 1931–1932 годах.

 

Рис.6 Д-8 на подвеске ПГ-12 под бомбардировщиком ТБ-3 для десантирования посадочным способом

 

Всего изготовлено: 28 единиц.

Машины использовались преимущественно как учебные. Известен лишь один эпизод боевого применения: три Д-8 из состава 117-го отдельного разведбатальона участвовали в Советско-финской войне (1939–1940) и все были потеряны. Один трофейный Д-8 финны использовали как штабную машину до 1943 года.

 

2. Легкий бронеавтомобиль Д-12

История создания

Д-12 создавался параллельно с Д-8 как его специализированная модификация, предназначенная для борьбы с низколетящими воздушными целями.

 

Рис.7 Корпус первого образца бронеавтомобиля Д-12, установленный на шасси «Форд-А» во дворе экспериментального завода НКПС. Январь 1931. Машина ещё не имеет крыльев, в корпусе отсутствуют люки и двери, а также отверстие для шаровой пулемётной установки в кормовом листе

 

 

Конструкция и вооружение

Для размещения зенитного вооружения корпус в задней части пришлось перекомпоновать: увеличить объем боевого отделения и уменьшить угол наклона кормовых бронелистов. Из-за этого кормовой пулемет ДТ был исключен.

 

Рис.8 Первый образец Д-12. Хорошо видна шаровая пулемётная установка в корме корпуса, а также крепление для запасного колеса на левом крыле

 

Вооружение: Один 7,62-мм пулемет ДТ в лобовом листе и один 7,62-мм пулемет «Максим», установленный на открытой авиационной турели на крыше корпуса. Стрельба из зенитного пулемета велась только с коротких остановок.

 

Рис.9 Первый образец Д-12 в цеху. Февраль 1931 год

 

Основные ТТХ

• Боевая масса: 1,65 т.
• Максимальная скорость: 85 км/ч.
• Запас хода: 225 км (шоссе).

 

Принятие на вооружение и производство

Был принят на вооружение совместно с Д-8.

 

Рис. 10 Д-12 (слева, Д-8)

 

Комиссия отметила, что авиационная турель не обеспечивает должных углов возвышения и совершенно не защищает стрелка от огня с воздуха. Перестановка перегретого пулемета из одного гнезда в другое в бою была невозможна.

Всего изготовлено: 34 единицы (на заводе «Можерез» в 1931–1932 гг.).

Как и Д-8, Д-12 не устроил военных и в основном использовался для подготовки экипажей. Именно на примере Д-8 и Д-12 выксунские конструкторы позже создали вполне удачный бронеавтомобиль ФАИ, учтя все ошибки Дыренкова.

 

3. Тяжелый бронеавтомобиль Д-9

История создания

В конце 1930 года СССР закупил в США партию трехосных грузовиков «Мореланд». 25 декабря 1930 года И.А. Халепский (начальник УММ) поставил Дыренкову задачу создать на этом шасси тяжелый бронеавтомобиль. Первый «сырой» прототип (с «наживленными» сваркой листами) показали в феврале 1931 года, а полностью укомплектованную машину — в мае 1931 года.

 

Рис.11 Бронеавтомобиль Д-9 на шасси «Мореланд» 1931.

 

Конструкция и вооружение

Машина получилась колоссальной. Сварной корпус собирался из 4–8-мм бронелистов.

Вооружение: 37-мм пушка Гочкиса и пулемет ДТ в раздельных установках вращающейся башни. Кроме того, в корпусе имелось до 8 шаровых установок для пулеметов ДТ (по бортам, в лобу и корме), а на крыше устанавливалась зенитная турель с «Максимом».

 

Рис.12 Д-9 Вид спереди

 

Экипаж: 3 человека. Посадка осуществлялась через единственную дверь в правом борту.

Основные ТТХ

• боевая масса: около 7 тонн;
• длина: 6,23 м;
• максимальная скорость - низкая (тихоходная машина).

Принятие на вооружение и производство

 

Рис.13 Д-9 Вид сзади

 

Этот вариант на вооружение не принимался из-за возражений заказчика. Военные вынесли категоричный вердикт:

• Д-9 оказался чрезмерно громоздким, неповоротливым и тяжелым;
• 37-мм пушка не компенсировала огромные габариты и массу;
• проходимость и маневренность «Мореланда» с бронекорпусом упали до критических значений.

Комиссия признала шасси «Мореланд» непригодным для бронирования, рекомендовав использовать его только для спецмашин (химических или зенитных установок).

Всего изготовлено: 1 опытный образец.

 

4. Средний бронеавтомобиль Д-13

История создания

Создавался параллельно с Д-9, но на базе более легкого трехосного шасси «Форд-Тимкен» (6х4). Прототипы показали в мае 1931 года. Изначально машина имела коническую башню, множество бортовых пулеметных установок и зенитную турель.

 

 

Рис.14 Опытный образец Д-13. Лето 1931. Хорошо видна зенитная авиационная турель.

 

После критики Дыренков за месяц переработал проект: башню сделали граненой (из плоских листов), а бортовые и зенитные установки убрали.

Конструкция и вооружение

Корпус был сварным, что считалось передовым, но крайне сложным в производстве. Интересной особенностью были запасные колеса, закрепленные по бортам на осях: они свободно вращались и служили опорой при преодолении рвов и вертикальных препятствий, предотвращая посадку днища на грунт.

 

Рис.15 Д-13 Вид спереди

 

Вооружение (серийный вариант): 37-мм пушка ПС-1 (Гочкиса) и пулемет ДТ в башне, плюс один ДТ в лобовом листе корпуса.

Экипаж: 3-4 человека.

Основные ТТХ

• боевая масса: 4,14 – 4,25 т;
• длина: 4,75 м;
• максимальная скорость: 55 км/ч;
• запас хода: 130 км (по шоссе).

Принятие на вооружение и производство

Д-13 был принят на вооружение с огромным числом оговорок и задержек. Несмотря на то, что военные вновь указали на плохой обзор, перегрузку шасси и слабую 6-мм броню, было решено заказать первую серию из 10 машин.

 

Рис.16 Опытная модель Д-13. На крыше за башней хорошо видна турель зенитного пулемёта «Максим»

 

Однако Дыренков, не имевший понятия о технологии серийного производства, создал корпус, состоявший из 55 деталей сложной формы, с 122 метрами сварных швов. Завод «Можерез» не смог освоить такую технологию. Документацию срочно передали в Подольск, но и там возникли проблемы. В итоге сборку вернули на «Можерез», и только к маю 1933 года сдали последние машины.

 

Рис.17 Д-13 Вид сзади

 

Всего изготовлено: 12 единиц (включая 2 опытных образца).

Машины поступили в войска, но, как и легкие Д-8/Д-12, использовались преимущественно как учебные. К началу Великой Отечественной войны несколько Д-13 все еще числились в военных округах (ЛВО, МВО, ПриВО, ОрВО, ХВО), но их боевое применение остается неизвестным.

 

5. Нереализованные и экспериментальные проекты

Помимо бронеавтомобилей, ОКИБ Дыренкова выпускало проекты, которые либо остались на стадии чертежей, либо были построены в единичных экземплярах и отвергнуты военными.

• Д-4 (Средний колесно-гусеничный танк): Первый проект Дыренкова, с которого началась его карьера в УММ. Изготовлен в одном опытном образце на Ижорском заводе. Из-за затяжек и конструктивных недостатков серийно не пошел.
• Д-10 и Д-11 (Бронированные тракторы): Попытки забронировать гусеничные тракторы «Коммунар» и «Катерпиллер-60». Изготовлены по одному опытному образцу. Идея оказалась нежизнеспособной из-за низкой скорости и уязвимости гусениц.
• Д-14 (Бронированный десантный танк): Опытный образец, предназначенный для перевозки пехоты. Не пошел в серию.
• Д-15 (Химический танк): Танк химического нападения. Изготовлен один опытный образец, который даже не выводили на полноценные испытания.
• Д-37 (Автобронедрезина): Попытка создать машину, способную двигаться как по дорогам, так и по рельсам (концепция, позже успешно реализованная в БАД-2 и БА-64Ж, но в исполнении Дыренкова осталась в металле в единственном экземпляре).
• Д-38: Модернизация танка БТ-2 с установкой большой башни собственной конструкции Дыренкова. Идея «большой башни с мощным орудием» позже будет успешно реализована М.И. Кошкиным в танке Т-34, но в случае с Д-38 шасси БТ-2 не выдержало такой нагрузки.

 

Эпилог: Крах «гения»

К концу 1932 года военное руководство СССР «прозрело». Миллионы рублей, потраченные на сырые, неудобные и технологически неподготовленные к серии машины Дыренкова, требовали ответа. 1 декабря 1932 года Опытно-конструкторское и испытательное бюро УММ было расформировано, а сам Николай Иванович уволен.

Попытки Дыренкова предложить свои услуги КБ ОГПУ успехом не увенчались. В середине 1930-х годов он лишился покровительства в верхах (после ареста М.Н. Тухачевского, который симпатизировал «самоучке»). 13 октября 1937 года Дыренков был арестован, а 9 декабря 1937 года расстрелян по обвинению в участии в диверсионно-террористической организации (реабилитирован в 1956 году).

Каков же итог деятельности Дыренкова?

С одной стороны — это колоссальный перерасход средств и время, упущенное на создание тупиковых машин. С другой — его КБ стало уникальной «песочницей», где в металле были обкатаны самые смелые, пусть и неудачные идеи: сварные корпуса, наклонное бронирование, многобашенные и многопулеметные схемы, противоснарядные экраны из запасных колес.

Советская школа бронеавтомобилестроения, создавая впоследствии великолепные машины (ФАИ, БА-20, БА-64), во многом опиралась на негативный опыт Дыренкова, зная, каких компромиссов и ошибок следует категорически избегать. Как сказал бы классик: «Можно обманывать некоторых, или обманывать всех в каком-то месте и в какое-то время, но нельзя обманывать всегда и всех». Законы военной техники оказались к Дыренкову безжалостны.

 

 

 

 

 

 

 

 

Продолжение. Начало материалов о бронеавтомобилях РККА здесь.

В начале 1930-х годов Советский Союз активно искал новые формы мобильной защиты своих протяженных границ и железнодорожных коммуникаций. Одной из самых необычных и интересных страниц в истории отечественного бронетанкостроения этого периода стала разработка бронеавтомобиля БАД-1 (боевая автодрезина). Эта машина, созданная в стенах закрытого конструкторского бюро политического управления, стала едва ли не первым в СССР примером успешной адаптации колесного бронеавтомобиля для ведения боевых действий непосредственно на железнодорожной колее.

 

Рис.1 Бронеавтомобиль БАД-1 вид слева. Ленинград. 1931 год

 

Ниже подробно изложена история создания, технические особенности и судьба этого уникального проекта.

 

1. Предпосылки к созданию и разработчики

История БАД-1 неразрывно связана со специфической структурой советских спецслужб начала 1930-х годов. Разработкой бронеавтомобилей в то время занимались не только военные ведомства, но и Объединенное государственное политическое управление (ОГПУ). Для решения сложных инженерных задач ОГПУ активно привлекало арестованных конструкторов и инженеров, работавших в закрытых КБ тюремного типа, которые в народе и профессиональной среде позже получили название «шараги».

Непосредственным разработчиком БАД-1 выступило Техническое отделение Экономического отдела Полномочного представительства ОГПУ в Ленинградском военном округе (ТО ЭКО ПП ОГПУ в ЛВО). В структуре этого отдела функционировало небольшое конструкторское бюро, укомплектованное талантливыми, но репрессированными специалистами. Именно им было поручено проектирование различных образцов боевой техники, от танков и катеров до самолетов и бронеавтомобилей.

 

Рис.2 БАД-1 вид справа

 

Идея создания машины, способной быстро перемещаться как по обычным дорогам, так и по железнодорожным рельсам, родилась из потребности пограничных войск в мобильном средстве для патрулирования и оперативного реагирования на диверсии на железных дорогах.

 

2. Основные этапы разработки и даты

Работы над будущим БАД-1 можно разделить на несколько ключевых этапов:

• Начало работ (начало 1931 года).

Изначально конструкторы ТО ЭКО ПП ОГПУ не ставили целью создание полноценной бронемашины. Первой задачей была проверка самой концепции быстрого перевода автомобильной техники на железнодорожный ход. В начале 1931 года для обычного двухосного грузовика «Форд-АА» были изготовлены специальные железнодорожные бандажи. Испытания базового шасси прошли успешно: машина с 15 пассажирами разгонялась по рельсам до 80 км/ч, а процесс перевода с автомобильных колес на железнодорожные занимал около 20 минут. Конструкторы предложили концепцию «конвейерной» переброски войск, когда машины одна за другой выезжали из казарм, на домкратах меняли колеса и уходили на боевые участки по рельсам.

• Проектирование бронекорпуса (осень 1931 года).

Убедившись в жизнеспособности шасси, ОГПУ поставило задачу превратить «Форд-АА» в полноценную боевую единицу. Осенью 1931 года началось проектирование и изготовление броневых элементов.

• Изготовление первого образца в металле (осень 1931 года).

Сборка опытного бронеавтомобиля, получившего индекс БАД-1 (боевая автодрезина), была проведена в рекордные сроки — всего за 36 дней. Таким образом, первый металлический образец появился в конце лета или начале осени 1931 года.

 

Рис.3 БАД-1 с открытой кормовой дверью через которую видно сидение кормового стрелка и укладка магазинов к пулемёту ДТ. На внутренней стороне двери маховички для включения приборов дымопуска.

 

• Заводские и государственные испытания (октябрь – ноябрь 1931 года).

Испытания прототипа проводились в окрестностях Ленинграда. Машина подтвердила заявленные характеристики, продемонстрировав хорошую скорость и работоспособность механизмов.

 

3. Конструкция и технические особенности

В качестве базы для БАД-1 использовался распространенный двухосный грузовой автомобиль «Форд-АА». С базового шасси демонтировали грузовую платформу, тент, сиденья, дверцы и крылья.

 

Переднюю рессору для компенсации веса брони усилили пятью дополнительными листами, заднюю оставили без изменений. Для контроля за перегревом двигателя в водяную трубу встроили аэротермометр, выведя указатель на щиток водителя.

Бронирование

Броневой кузов состоял из сваренного боевого корпуса и защитных кожухов, прикрывавших двигатель, радиатор и ходовую часть. Сварные швы изнутри усиливались дополнительными угольниками. Толщина бронелистов была дифференцированной:

• 10 мм — лобовой лист корпуса и крышки смотровых окон;
• 6 мм — стенки корпуса и башен;
• 4 мм — горизонтальные листы, крыша и нижние кожухи защиты ходовой части.

Вооружение и экипаж

Экипаж машины состоял из 4 человек (водитель и три пулеметчика).

 

Рис.4 БАД-1 спереди. Хорошо видна конструкция жалюзи защиты радиатора.

 

Вооружение включало три 7,62-мм пулемета ДТ:

• два пулемета размещались в двух вращающихся башнях на крыше корпуса. При этом задняя башня была смонтирована ниже передней, что обеспечивало ей круговой обстрел (на 270°). Передний пулеметчик имел вращающееся на штыре сиденье, а задний располагался на уровне пола машины, а его подножка опускалась ниже рамы в специальный бронированный ящик;
• третий пулемет устанавливался в лобовом листе корпуса справа от водителя.

Дополнительно в машине на стойках перевозились два запасных пулемета ДТ. Боекомплект размещался в стеллажах в средней части корпуса и вмещал 50 пулеметных дисков.

Специальное оборудование

• химическое и дымовое вооружение: В кормовой броневой двери под постоянным защитным кожухом крепились два баллона (по 7,5 л каждый, общим объемом 15 л) для дымопуска или распыления отравляющих веществ. Они приводились в действие вручную изнутри машины с помощью специальных маховичков;
• крюки для растаскивания завалов: В корме на бортах крепились откидные стальные крюки. Вопреки распространенному мифу, они не предназначались для разрушения железнодорожного полотна (тяги «Форда» для этого не хватило бы), а служили для растаскивания бревен и заграждений при движении на автомобильном ходу;

 

Рис.5 БАД-1 Вид сзади

 

• освещение и сигнализация: На броневых кожухах крыльев устанавливались поворотные забронированные фары, управляемые изнутри. Они могли поворачиваться стеклами к корпусу во время обстрела. Задние фонари использовались для сигнализации машинам, идущим сзади;
• внутренняя связь: Из-за шума двигателя связь между экипажем осуществлялась с помощью световой сигнализации. Задний пулеметчик, наблюдавший за местностью, нажатием кнопок включал на щитке водителя цветные лампочки, передавая команды: «стоп», «назад», «вперед», «полный вперед», а также сигнал о включении дымовой завесы (требующий определенной скорости движения).

Перевод на железнодорожный ход

Для движения по рельсам использовались специальные стальные железнодорожные обода (бандажи), которые надевались поверх штатных резиновых покрышек и крепились фланцами к колесным дискам. Переоборудование машины с помощью домкрата занимало от 10 до 20 минут.

 

4. Принятие на вооружение и серийное производство

Машину приняли на вооружение, но с важной оговоркой. БАД-1 не принимался на вооружение Рабоче-крестьянской Красной Армии (РККА) в качестве штатной боевой единицы. Однако спустя месяц после успешных испытаний, в конце 1931 года (или начале 1932 года), опытный образец был официально передан на вооружение Управления пограничной охраны ПП ОГПУ в ЛВО. Машина эксплуатировалась пограничниками для охраны железнодорожных участков.

За время производства было изготовлено всего несколько опытных образцов. В доступных исторических источниках и архивных данных нет сведений о запуске машины в массовое серийное производство. Был изготовлен и передан пограничникам один экземпляр (либо, по некоторым косвенным данным, сверхмалая партия из нескольких единиц исключительно для нужд ОГПУ).

Причины отказа от массового производства:

Несмотря на новизну концепции и успешные испытания, БАД-1 не стал массовым бронеавтомобилем по ряду объективных причин:

1. Конструктивные недостатки шасси. Машина получилась слишком большой для своего класса, имела маленький дорожный просвет и, как следствие, невысокую удельную мощность. Базовый грузовик «Форд-АА» с трудом нес на себе тяжелый бронекорпус и вооружение.
2. Узкая специализация. Концепция «автодрезины» оказалась тупиковой для регулярной армии. Железнодорожные колеса снижали проходимость на грунте, а автомобильные колеса не обеспечивали достаточной устойчивости и скорости на рельсах по сравнению со специализированными бронедрезинами (такими как БАД-2, разрабатывавшийся параллельно, или более поздними тяжелыми дрезинами).
3. Слабая защита и вооружение: Броня толщиной 4-6 мм защищала только от пуль винтовочного калибра, а размещение пулеметов в двух тесных башнях было не самым эффективным решением.

 

Несмотря на то, что БАД-1 не пошел в серию, эта машина представляет несомненный интерес. Она стала первым практическим шагом советских инженеров (пусть и работавших в условиях «шараги») в создании бронеавтомобилей, приспособленных для ведения боевых действий с использованием железнодорожной колеи.

Опыт, полученный при создании БАД-1, не пропал даром. Уже в начале 1932 года конструкторы ТО ЭКО ПП ОГПУ разработали эскизный проект более мощной бронемашины-амфибии БАД-2, который был передан военным для дальнейшей доработки, что в итоге привело к появлению целого семейства советских бронеавтомобилей, способных двигаться по рельсам.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1. САУ и ЗСУ

 

• Самоходная установка СУ-122 (объект 600)

Начало работы: Июнь 1948 г. (постановление СМ СССР о разработке эскизно-технического проекта в КБ завода №174).

 

 Рис.1 СУ-122 на государственных испытаниях. 1951 год. Вид спереди

 

Основные этапы: Из-за задержек с чертежами пушки и базовым танком проект дорабатывался, работы временно передавались на завод №183, но затем возвращались в Омск. Первый опытный образец изготовлен в декабре 1950 г., второй — в I квартале 1952 г. Пройдены заводские и государственные испытания.

ТТХ: Экипаж — 5 чел. Вооружение: 122-мм пушка Д-49 (БК — 35 выстрелов), два 14,5-мм пулемета КПВТ (600 патронов). Углы ВН: от -4° до +16°, ГН: 16°. Скорострельность: 4-5 выстр. / мин. Высота линии огня — 1505 мм.

Назначение: Закрытая САУ с противоснарядной броней для поражения бронированных средств и мощных укрепленных сооружений противника.

 

Рис.2 СУ-122 на ГИ 1951г.

 

Итог: Принята на вооружение 15 марта 1954 г. Серийно выпускалась на заводе №174 в 1955–1957 гг. (77 машин). Производство свернуто из-за правительственного решения о прекращении работ по ствольной артиллерии и переходе на ПТРК.

 

• АПБНП «Буйвол» (объект 610)* и САУ со 122-мм пушкой М-62

(Примечание: в источнике указано заводское обозначение «Объект 610»)

Начало работы: Январь 1955 г. (ТТЗ на АПБНП), начало 1956 г. (подготовка макета САУ с М-62).

 

Рис.3 АПБНП «Буйвол»

 

Основные этапы: Технический проект «Буйвола» утвержден в июле 1955 г., затем изготовлены два опытных образца, прошедшие все виды испытаний. Макет САУ с пушкой М-62С был готов к началу 1956 г.

ТТХ: «Буйвол»: экипаж — 6 чел., вооружение — 14,5-мм КПВТ (400 патронов) в маскировке под ствол. Масса снижена до 33 т, скорость — 48 км/ч, запас хода — до 515 км. САУ: пушка 122-мм М-62С (начальная скорость бронебойного снаряда 950 м/с).

Назначение: «Буйвол» — для управления огнем артиллерийских подразделений. САУ — замена СУ-122 с целью повышения начальной скорости снаряда.

Итог: «Буйвол» успешно прошел испытания. Работы по САУ с М-62 прекращены после сворачивания серийного производства СУ-122.

 

• Зенитная самоходная установка ЗСУ-57 (объект 500)

Начало работы: Апрель 1947 г.

Основные этапы: Технический проект (ноябрь 1947 г.). Из-за проблем с пушкой С-68 первый образец собран только в июне 1950 г. Машина долго дорабатывалась (до 1953 г.), прошли гос., контрольные и войсковые испытания.

 

Рис.4 Зенитная самоходная установка ЗСУ-57-2

 

ТТХ: Полузакрытая компоновка. Вооружение: спаренная 57-мм пушка С-68. Углы ВН: -5...+85°. Боевая высота — 4000 м, дальность — 12000 м. Темп стрельбы — 200-240 выстр./мин. БК — 300 выстрелов. Дизель В-54 (520 л.с.).

Назначение: Прикрытие боевых порядков и походных колонн от авиации противника.

 

Рис.5 ЗСУ-57-2. Автоматические пушки калибром 57мм подняты на максимальный угол возвышения

 

Итог: Принята на вооружение 14 февраля 1955 г. как ЗСУ-57-2. Серийно производилась в 1956–1959 гг. (выпущено 867 шт.).

• ЗСУ объект 510

Начало работы: Февраль 1956 г.

Основные этапы: Совместная разработка с заводом №342. В 1956 г. изготовлены два опытных образца, прошедшие испытания.

ТТХ: Масса с понтонами — 37,8 т. Запас плавучести — 40%. Скорость на плаву — 12 км/ч (на буксире до 15 км/ч). Дальность плавания — 50-60 км.

Назначение: Форсирование широких водных преград своим ходом или на буксире. Стрельба по зенитным целям на плаву (при волнении до 2 баллов).

Итог: Принята на вооружение в 1961 г. Изготовлена малой серией (6 машин).

• ЗСУ объект 520

Начало работы: Апрель 1957 г.

Основные этапы: Модернизация ЗСУ-57-2. В 1959 г. изготовлены шесть опытных образцов, прошедшие заводские испытания.

ТТХ: Вооружение: 57-мм пушки СВ-68 «Березина». Оснащена радиооптическим комплексом управления огнем «Десна».

Назначение: Противодействие скоростным реактивным самолетам за счет автоматизированных приводов наводки и РЛС.

Итог: На вооружение не принята.

• ЗСУ объект 530

Начало работы: Апрель 1957 г.

Основные этапы: Технический проект и макет готовы в 1958 г. Параллельно проектировалась командирская машина управления с комплексом «Иртыш».

ТТХ: Планировалась спаренная 57-мм пушка «Ока-1» и радиолокационный комплекс «Волга». Предусматривался газотурбинный агрегат питания.

Назначение: Борьба с высокоскоростными и маневренными воздушными целями.

Итог: Работы прекращены в связи с переходом на ЗСУ с автоматическими пушками калибра 30 и 37 мм.

 

• СБМ («Объект 560»)

Начало работы: Март 1958 г.

Основные этапы: Разработан эскизный проект в КБ завода №174. Рассмотрен в НТК ГБТУ в ноябре 1958 г.

ТТХ: Экипаж — 3 чел. Броня противопульная (лоб 13 мм). Масса — 36 т. Вооружение: крылатая ракета П-35Т со спецбоевой частью. Дальность стрельбы — 10-120 км.

Назначение: Уничтожение скоплений танков и важных объектов противника ракетным оружием.

Итог: Работы прекращены из-за принятия на вооружение СПУ 2П2 с оперативно-тактической ракетой (ТРК «Марс»).

 

2. Танковые тягачи, БРЭМ и машины технической помощи, созданные на базе Т-54

 

• Танковый тягач «объект 9»

Начало работы: Июль 1947 г. (активная фаза с 1947 г.).

Основные этапы: Проект неоднократно перерабатывался. Опытный образец изготовлен в сентябре 1950 г. Три доработанных образца проходили полигонные испытания до мая 1952 г.

ТТХ: Боевая масса — 31,6 т. Усилие лебедки — до 75 т. Кран-стрела — 3 т. Вооружение: 12,7-мм ДШК и 7,62-мм АК с кривым стволом.

Назначение: Эвакуация аварийных машин (до 40 т), вытаскивание застрявших танков, погрузочно-разгрузочные работы.

Итог: По итогам испытаний 1954 г. рекомендован к принятию на вооружение (стал базой для БТС-2).

• Танковый тягач БТС-2

Начало работы: Февраль 1955 г. (принятие «Объекта 9» на вооружение под маркой БТС-2).

 

Рис.6 Танковый тягач БТС-2 обр. 1955 года с крупнокалиберным пулемётом

Основные этапы: Серийно выпускался на заводе №183 с 1957 по 1963 г. (ок. 260 шт.). В ходе производства модернизировался (узлы Т-55, ИК-приборы).

ТТХ: Экипаж — 3 чел. Скорость — 51,5 км/ч. Запас хода — 290 км. Оснащен тяговой лебедкой, кран-стрелой (3 т) и анкер-сошником.

 

Рис.7 БТС-2 с развёрнутой кран-стрелой

 

Назначение: Буксировка и эвакуация танков, демонтажно-монтажные работы в полевых условиях.

Итог: Принят на вооружение в феврале 1955 г.

• Танковый тягач БТС-4 (БТС-4А)

Начало работы: 1965 г.

Основные этапы: Разработан на базе Т-54 обр. 1949 г. Выпускался на танкоремонтных заводах.

ТТХ: Экипаж уменьшен. Использовались гидравлические домкраты (30 тс), с 1974 г. — торсионное буксирное устройство. Скорость буксировки — 7-15 км/ч. Запас хода — 100-200 км.

Назначение: Эвакуация и техническая помощь танкам (аналогично БТС-2).

Итог: Принят на вооружение 22 ноября 1967 г.

• Бронированный тягач БТС-600

Начало работы: 1971 г.

Основные этапы: Разработан харьковским ремзаводом на базе СУ-122. Опытный образец прошел полигонные испытания (ноябрь 1971 – июнь 1972).

 

Рис.8 Бронированный тягач БТС-600

 

ТТХ: Экипаж — 2 чел. Запас хода — 400 км (шоссе). Скорость буксировки — 6-13 км/ч. Амбразура пушки закрыта бронелистом.

Назначение: Эвакуация танков и выполнение грузоподъемных работ.

Итог: На вооружение не принимался (неофициальное название БГС-5). Причина: нехватка инструмента для ремонта ходовой части буксируемых танков.

• БРЭМ-3

Начало работы: 1979 г.

Основные этапы: Разработана в 482 КТЦ (Киев). Первый образец (1979 г.) не соответствовал ТТЗ. Доработанный образец (1980 г.) успешно прошел испытания.

 

Рис.9 Опытная БРЭМ-3

 

ТТХ: Масса — 38 т. Экипаж — 3+1 чел. Кран — 12 тс, лебедка (усилие 100 тс). Вооружение: 12,7-мм НСВ-12,7.

Назначение: Техобеспечение, эвакуация поврежденных танков, полевая замена агрегатов (до 12 т), землеройные работы.

 

Рис.10 Доработанный образец БРЭМ-3

 

Итог: Документация утверждена для серийного производства на ремзаводах МО, но фактически серийно не выпускалась.

• Машина технической помощи МТП-3

Начало работы: 1973 г. (принятие на вооружение).

Основные этапы: Создана в 482 КТЦ на базе СУ-122.

 

Рис.11 МТП-3

 

ТТХ: Масса — 32 т. Экипаж — 6 чел. Буксировка на тросах (6-10 км/ч) и жесткой сцепке (9-12 км/ч).

Назначение: Техническое обеспечение танкового батальона, буксировка неисправных танков.

Итог: Принята на вооружение в 1973 г. Серийно не производилась.

• Стреловой полноповоротный кран СПК-12Г

Начало работы: 1964–1965 гг.

Основные этапы: Разработан в 482 КТЦ. Два опытных образца изготовлены в 1965–1966 гг.

ТТХ: Экипаж — 2 чел. Грузоподъемность — 12 т. Запас хода — 210 км. Скорость — 40 км/ч.

Назначение: Монтажно-демонтажные работы при ремонте техники, эвакуация, погрузка на ж/д платформы.

Итог: Принят на снабжение 23 сентября 1967 г. В серийном производстве не состоял.

• Пожарная машина ГПМ-1

Начало работы: 1985–1986 гг.

Основные этапы: Разработана в 482 КТЦ. Опытные образцы изготовлены на ремзаводе МО.

ТТХ: Масса — 36,5 т. Экипаж — 2 чел. + 4 места для расчета. Скорость — 45 км/ч (шоссе), 20 км/ч (грунт). Запас хода — 200 км.

Назначение: Тушение пожаров, доставка расчета и оборудования, аварийно-спасательные работы.

Итог: Данные о принятии на вооружение отсутствуют (осталась на стадии опытных образцов).

 

3. Машины инженерного вооружения, созданные на базе танка Т-54, и навесное оборудование

 

• Танковый мостоукладчик МТ-54 (МТУ-54, объект 421)

Начало работы: Октябрь 1946 г. (утверждение ТТТ).

Основные этапы: Эскизный проект (1948), тех. проект (1951). Опытные образцы (1952, 1954). Серийное производство (1956–1957).

 

Рис.12 Мостоукладчик танковый МТ-54

 

ТТХ: Экипаж — 3 чел. Мост массой 5 т, длиной от 15 м. Время установки — 2-15 мин. Пропускает технику массой до 50 т.

Назначение: Перекрытие малых естественных и искусственных препятствий для пропуска техники.

Итог: Принят на вооружение (МТУ-54). Выпускался большой серией.

• Минный трал объект 412 (ПТ-54)

Начало работы: Лето 1947 г.

Основные этапы: Первый образец (октябрь 1948). Войсковые испытания (1949). Выпускалась модификация ПТ-54М.

 

Рис.13 Танк-тральщик Т-54, оборудованный тралом ПТ-54. 1951 год

 

ТТХ: Масса — 8,75 т. Ширина траления — 1,3 м. Скорость — до 18 км/ч. Выдерживал 20 взрывов мин ТМ-46.

Назначение: Колейно-катковый трал. Протраливание проходов в минных полях.

 

Рис.14 Переход окопа первой секцией трала ТП-54

 

Итог: Принят на вооружение в июле 1950 г. Производство прекращено в 1953 г. из-за конструктивного недостатка (пропуск мин из-за «вихляния» катков).

• Трал сплошного траления объект 413

Начало работы: 1950 г.

Основные этапы: Полигонные испытания (1950). Доработка и повторные испытания (октябрь 1952), которые трал не выдержал.

ТТХ: Масса — 13,3–13,8 т. Ширина сплошной полосы — 3,8 м. Скорость — 6-15 км/ч.

Назначение: Сплошное траление минных полей (устранение непротраленной полосы между колеями ПТ-54).

Итог: Не принят на вооружение. Работы прекращены в 1953 г. из-за резкого ухудшения подвижности танка, большой массы и низкой живучести.

• Индивидуальные минные тралы КМТ-4, КМТ-5

Начало работы: Конец 1956 г. (создание СКБ-200 в Челябинске).

Основные этапы: Разработка и испытания. Принятие на вооружение (1962). Модернизация до КМТ-4М и КМТ-5М (1966).

 

Рис.15 Т-54Б с тралом КМТ-4М

 

ТТХ: КМТ-4 (ножевой): масса 1,1 т, скорость до 12 км/ч. КМТ-5 (катково-ножевой с цепным устройством): масса 7,25 т, скорость 8-12 км/ч.

 

Рис.16 Т-54Б с тралом КМТ-5М

 

Назначение: Индивидуальное противоминное траление (подрыв или выкапывание мин всех типов).

Итог: Приняты на вооружение 12 сентября 1962 г.

• Бронированная машина разминирования БМР-1, БМР-2

Начало работы: 1985–1986 гг.

Основные этапы: Разработаны в 482 КТЦ. Опытные образцы изготовлены на ремзаводе МО.

 

Рис.17 Бронированная машина разминирования БРМ-1

 

ТТХ: БМР-1: масса 36,5 т, экипаж 3 чел. БМР-2: масса 36,6 т, экипаж 5 чел., трал КМТ-7. Усиленное бронирование, пулеметное вооружение.

Назначение: Разминирование, защита экипажа от огня противника при проделывании проходов.

 

Рис.18 БРМ-2 с тралом КМТ-7 «Парнас»

 

Итог: В источнике нет данных о принятии на вооружение (остались на стадии опытных образцов).

• Двухотвальные унифицированные снегоочистители СТУ, СТУ-38

Начало работы: 1954 г. (СТУ), 1955 г. (СТУ-38).

Основные этапы: Испытания на НИИБТ полигоне (1954–1955). В 1961 г. создан СТУ-2М с электрогидроприводом.

 

Рис.19 Т-54 со снегогочистителем СТУ-38

 

ТТХ: Масса СТУ — 2900 кг. Ширина пути — 3-3,2 м. Скорость очистки — 5-8 км/ч.

Назначение: Прокладка колонных путей в снегу, профилирование местности.

Итог: СТУ признан нецелесообразным для танков. СТУ-38 принят на снабжение под маркой СТУ-2.

• Танковый бульдозер БТУ

Начало работы: Первая половина 1950-х гг. (в 1961 г. унифицирован с СТУ-2М).

Основные этапы: Создание съемного бульдозера. В 1955 г. разработан облегченный БТУ-55 (масса 1400 кг).

 

Рис.20 Т-54 с бульдозером БТУ

 

ТТХ: Масса БТУ — 2,3 т (БТУ-55 — 1400 кг). Производительность — 100-300 м³/ч. Рабочая скорость — 3-6 км/ч.

Назначение: Отрывка окопов и укрытий, устройство проходов, прокладка путей, дезактивация.

Итог: Принят на снабжение. БТУ-55 заменил тяжелую версию из-за меньшего влияния на маневренность танка.

• Навесные индивидуальные плавсредства (ПСТ-54, ПСТ-У, ПС-1)

Начало работы: Сентябрь 1951 г. (постановление СМ СССР).

Основные этапы: Опытные образцы (1952), морские испытания. Принятие на вооружение ПСТ-54 (1957). Унификация ПСТ-У (1960). Облегченные ПС-1 (испытания в 1962 г.).

 

Рис.21 Испытание Т-54 с плавсредством самоходной установки ЗСУ-57-2

 

ТТХ: ПСТ-54: масса понтонов 9,3 т, скорость на плаву 9,4 км/ч. ПСТ-У: масса 10 т, скорость 11-12 км/ч. ПС-1: масса 5,5 т, скорость до 13,7 км/ч.

 

Рис.22 Т-54 с комплексом плавсредств ПСТ-54 1952 год

 

Назначение: Самостоятельное преодоление танками и тягачами широких водных преград и морских проливов.

 

Рис.23 Т-54Б с универсальным плавсредством ПСТ-У

 

Итог: ПСТ-54 принят в 1957 г., ПСТ-У — в 1960 г. ПС-1 после доработок пошли в серию как ПСТ-63.

• Бронелетучка БТЛ-1

Начало работы: 1969–1970 гг.

Основные этапы: Разработка и серийное производство (1971–1972 гг.).

 

Рис.24 Бронелетучка БТЛ-1

 

ТТХ: Состоит из бронетепловоза и двух платформ с танками Т-54Б. Экипаж — 28 чел. Скорость — 50 км/ч. Запас хода — 600 км. Броня — 6-16 мм.

Назначение: Защита железнодорожных коммуникаций, патрулирование, огневая поддержка.

Итог: Принята на вооружение 1 марта 1971 г. Всего выпущено 42 бронелетучки.

Более подробно обо всей данной технике вы, со временем, сможете прочитать в соответствующих разделах сайта.

На этой статье мы заканчиваем рассматривать Т-54. Начало можно посмотреть здесь.

 

Победа в Великой Отечественной войне не означала отказа от танковых огнемётов. Опыт массового применения ОТ-34-76 и ОТ-34-85 при штурме укреплённых районов и в уличных боях убедительно показал высокую боевую ценность этого класса машин. Поэтому уже в первые послевоенные годы в СССР развернулись интенсивные работы по адаптации автоматических пороховых огнемётов к новому среднему танку Т-54.

Рис.1 Огнемётный танк ТО-54

 

За полтора десятилетия конструкторы прошли путь от осторожных экспериментов с проверенными системами военного времени до радикальных попыток создать машину, целиком подчинённую идее огнеметания. Этот путь включил четыре ключевые версии танка, каждая из которых отражала меняющееся понимание тактики и технических возможностей эпохи.

 

1. Горьковский дебют: огнеметный Т-54 образца 1948 года

Первую попытку объединить платформу Т-54 с огнеметным вооружением предприняли в 1946–1947 годах в конструкторском бюро завода №112 «Красное Сормово» в Горьком.

 

Рис.2 Огнемётный танк Т-54 обр. 1948 года

 

Инженерам предстояло интегрировать серийный автоматический пороховой огнемёт АТО-42, хорошо зарекомендовавший себя в боях, в конструкцию машины с принципиально иной компоновкой.

На рассмотрение Министерства транспортного машиностроения и ГБТУ ВС вынесли два варианта. Первый предполагал размещение огнемёта в башне на месте спаренного пулемёта, второй — в корпусе, по аналогии с танками ОТ-34 военного периода. После неоднократных обсуждений с участием представителей завода №183 предпочтение отдали башенному расположению, сочтя его более рациональным с точки зрения углов обстрела и удобства наведения.

Рис.3 Схема размещения огнемёта АТО-42 и его оборудования в танке Т-54 обр. 1948 года

 

К концу 1948 года опытный образец был изготовлен и отправлен на заводские испытания.

От серийного Т-54 машина отличалась существенно.

• Лобовую часть башни с правой стороны расширили за счёт приварки специальной броневой наделки,
• а к маске пушки приварили основание броневой защиты задвижки огнемёта.
• Вместо спаренного пулемёта СГ-43 установили модифицированный АТО-42, прицельная стрельба велась через штатный телескопический прицел ТШ-19.

Полигонные испытания в январе–марте 1949 года разочаровали: дальность огнеметания составила лишь 60–110 метров, при автоматической стрельбе не превышала 70–80 м. Скорострельность ограничивалась 6–12 выстрелами в минуту, мёртвое пространство перед машиной достигало 8–10 м. Боекомплект включал 24 выстрела к пушке, 2250 патронов к пулемётам СГ-43, 450 патронов к зенитному ДШК и 30 пороховых патронов к огнемёту; ёмкость бака огнесмеси обеспечивала 29–30 залпов.

Испытания выявили ненадёжную работу оборудования и крайне неудобное расположение узлов, затруднявшее техническое обслуживание. В начале 1949 года завод №112 передали в ведение Министерства судостроительной промышленности, и горьковский проект закрыли.

 

2. «Объект 481» и серийный ТО-54: четыре года до принятия на вооружение

Эстафету подхватило харьковское СКБ-1 завода №75, организованное постановлением Совета Министров от 10 июля 1948 года под руководством М.С. Озерского.

 

Рис.4 Опытный огнемётный танк «объект 481»

 

Одновременно в московском НИИ-6 создали специальную огневую лабораторию для разработки новых огнесмесей. В сентябре–ноябре 1950 года СКБ-1 изготовило четыре опытных образца усовершенствованного огнемёта АТО-49, а в декабре завершило проект его установки в танк Т-54 образца 1951 года, получивший обозначение «Объект 481».

 

Рис.5 Размещение огнемёта АТО-49 в огнемётном танке «объект 481». Вид сверху

 

Путь к вооружению занял почти четыре года и потребовал многократных доработок. Первые полигонные испытания в феврале 1951 года огнемёты не выдержали из-за недостаточной дальности. Постановлением Совета Министров от 19 октября 1951 года среднюю дальность снизили до 180 м при нижнем пределе 170 м, но заводские испытания весны 1952 года вновь показали несоответствие требованиям. В мае завод представил два образца «Объекта 481» с разными системами поджига: электробензиновой и пиротехнической. Осенью 1952 года полигонные испытания зафиксировали среднюю дальность 166–170 м вместо требуемых 180, однако для дальнейшего развития выбрали пиротехнический вариант с патронами ЗП-2, оказавшийся значительно надёжнее.

Решающий этап наступил зимой 1953–1954 годов: пять доработанных машин прошли войсковые испытания на артиллерийском полигоне 4-й Гвардейской Кантемировской дивизии. Постановлением от 14 мая 1954 года огнемёт АТО-49 под маркой АТО-1 приняли на вооружение, танк получил официальное наименование ТО-54.

 

Рис.6 Размещение боекомплекта в огнемётном танке ТО-54

 

Серийное производство танка было возложено на харьковский завод №75 (1955-1959). Огнемёты АТО-1 изготавливали в Омске и Свердловске. Всего изготовлено 110 танков.

 

Рис.7 Огнемётный танк ТО-54

 

Боевая масса возросла до 36,45 т. Установка АТО-1 на место спаренного пулемёта СГМТ позволила вести прицельное огнеметание через штатный прицел ТШ2-22 с дальностью до 160 м и скорострельностью до 20 выстр./мин. Углы вертикального обстрела: от −4°30' до +17°30'. Ёмкость одного выстрела равнялась 20 л огнесмеси АП-7 (смесь бензина и керосина с загустителем ОП-2 и ксиленолом), температура пламени достигала 900–1000°С.

 

Конструктивные особенности серийного ТО-54:

В лобовой броне башни выполнили отверстие для отводящей трубы, закрытое броневым кожухом; бронировка задвижки соединялась с маской пушки специальной тягой, обеспечивавшей совместную наводку через подъёмный механизм Д-10Т.

В подбашенном листе корпуса предусмотрели отдельный заправочный люк с броневой крышкой; штатное отверстие для переднего топливного бака сместили назад.

Боекомплект пушки сократили до 19 выстрелов, дополнительно укладывались 20 пороховых и 20 зажигательных патронов; ёмкость бака огнесмеси обеспечивала 20 залпов.

Экипаж — четыре человека; общая конфигурация, бронирование и ходовые качества остались на уровне базового Т-54.

 

3. «Объект 482»: первый огнемётный танк со стабилизатором

Стремление повысить дальность и обеспечить возможность стрельбы без остановки привело к созданию огнемёта АТО-200, проект которого СКБ-1 разработало в 1955 году.

 

Рис.8 Опытный огнемётный танк «объект 482»

 

После трёх лет отработки, в декабре 1958 года, новый огнемёт установили в опытный танк Т-54Б, получивший обозначение «Объект 482». Машина успешно прошла испытания на НИИБТ полигоне с марта по июль 1959 года.

Ключевым достижением стала интеграция огнемёта в систему управления огнём, оснащённую двухплоскостным стабилизатором «Циклон». Это впервые позволило вести прицельное огнеметание с ходу — одиночными выстрелами со скорострельностью до 8 выстр./мин или автоматическими очередями по 3–5 залпов.

 

Рис.9 Схема размещения огнемёта АТО-2000 и его оборудования    в огнемётном танке «объект 482». Вид сверху.

 

Максимальная дальность достигла 200 м, углы вертикальной наводки составили от −5° до +18°. Наводка осуществлялась как через стабилизатор, так и ручными механизмами с использованием прицела ТШ2-22.

 

Рис.10 Размещение огнемёта АТО-2000 в башне «объекта 482»

 

Возимый запас огнесмеси на 12 выстрелов размещался в баке ёмкостью 460 л в носовой части корпуса. Для огнеметания применялись новые загущённые смеси марок СКС-0 (СКС-15), ББЦ (ББЦ-3) и экспериментальный состав на основе порошка НК, разработанный ЦНИВТИ.

Зенитный пулемёт ДШК на машине не устанавливался, боекомплект пушки сократился до 20 выстрелов, к курсовому СГМТ полагалось 1500 патронов. Для удобства работы экипажа ввели вращающийся полик с приводом от вращающегося жидкостного контактного устройства. Несмотря на успешные испытания, в серию «Объект 482» не пошёл: в 1961 году выпустили лишь небольшую партию из 10 машин уже на базе Т-55, получивших индекс ТО-55.

 

4. «Объект 483»: машина предельного залпа

Наиболее радикальным экспериментом всей программы стал «Объект 483», разработанный в 1959 году в СКБ-1 завода имени Малышева под руководством А.А. Морозова.

 

Рис.11 Объект 483

Конструкторы пошли на беспрецедентный шаг: полностью демонтировали 100-мм нарезную пушку и установили в амбразуру башни пороховой огнемёт ОМ-250. Ёмкость одного выстрела достигла 100 литров — абсолютного предела для струйных огнемётов, за которым огнесмесь начинала самовоспламеняться в стволе от нагрева.

 

Рис.12 Объект 483 на полигоне

 

Башню пришлось кардинально перестроить. Исчезли амбразура спаренного пулемёта и отверстие для телескопического прицела. В кормовой части сделали большой круглый вырез, в который вварили цилиндрический патрубок, закрывавшийся броневой крышкой на болтах.

 

Рис.13 Объект 483

 

К патрубку приварили вертикальную трубу с вентилятором для охлаждения газовой камеры. Прицельное огнеметание велось через перископический прицел. Внутри башни справа от огнемёта на подвесных амортизаторах закрепили бак ёмкостью 1600 литров, вращавшийся синхронно с башней. Правый люк в крыше использовался для осмотра и заправки.

Экипаж сократили до трёх человек, упразднив место заряжающего. Первоначально планировалось разместить по бортам башни две авиационные реактивные установки на шестнадцать 57-мм активно-реактивных снарядов, но от этой идеи отказались по компоновочным и тактическим соображениям. Единственным дополнительным вооружением остался курсовой пулемёт СГМТ. Огнемёт ОМ-250 монтировался на цапфах, скорость выброса смеси достигала 100 м/с (дальнейшее повышение ограничивалось прочностью конструкции), максимальная дальность составляла 270 м, скорострельность — 5 выстр. /мин, ёмкость бака обеспечивала 14 залпов. Применялись огнесмеси марок ББУ и СКС-15.

 

Опытный образец прошёл испытания в 1961 году, однако в серию не пошёл.

 

5. Причины закрытия программы огнемётных танков:

• Отсутствие пушечного вооружения на «Объекте 483» лишало машину универсальности и ограничивало её применение узкоспециальными задачами.
• Специфический силуэт и необходимость сближения на 200–270 м демаскировали огнемётный танк, превращая его в приоритетную цель.
• Появление у вероятного противника управляемых противотанковых ракет сделало выход на дистанцию огнеметания практически невозможным.

Физические ограничения прочности металла и химических свойств огнесмесей не позволяли наращивать дальность, что сделало концепцию тяжёлого танкового огнемёта бесперспективной.

Работы по «Объекту 483» были свернуты, а вместе с ними завершилась целая эпоха. Ниша тяжелого огнеметного танка оказалась закрытой: ее постепенно заняли пехотные реактивные огнеметы, специализированные инженерные машины и универсальные боевые танки с управляемым ракетным вооружением, способные поражать цели с безопасных дистанций.

 

Введение: управление в бою и развитие связи

Разработка командирского танка для управления в бою танковыми частями и соединениями на базе Т-54 началась в 1947 году. Проектные работы развернулись на заводе №112 «Красное Сормово» и №183 в Нижнем Тагиле.

Первый опытный образец изготовлен и прошёл испытания на заводе №112 в октябре 1948 года.

В отличие от линейного танка, командирский вариант оснащался радиостанцией РСБФ-3 и автономным зарядным агрегатом.

 

В середине октября 1949 года постановлением Совмина заводу №112 поручалась разработка технического проекта танка Т-54, оборудованного средствами управления боем для командиров батальона, полка и дивизии.

Основные требования:

• масса не должна была превышать боевую массу серийного Т-54;
• вооружение оставалось неизменным, за исключением уменьшения боекомплекта к пушке до 15–20 выстрелов;
• предусматривались две радиостанции РТУ и РТК, вертикально-базный дальномер, съёмный перископ ТП, прибор ночного видения мехвода, малогабаритный прожектор, зарядный агрегат, откидной столик для работы с картами.

 

1. Т-54К

Технический проект «Объект Р-50-1» выполнен на базе Т-54 с новой башней без обратных скосов, представлен в НТК ГБТУ (разработчик – КБ завода №112). Боекомплект – 21 выстрел, люк запасного выхода перемещён на правую сторону, на его месте зарядный агрегат. От съёмного перископа отказались.

 

В декабре 1949 года проект утверждён. Выпуск задержался из-за нерешённости вопроса по переносу люка. Работы переданы на завод №183. КБ завода №183 в мае–сентябре 1952 года доработало проект с учётом замечаний НТК ГБТУ и необходимости установки навигационной аппаратуры ТНА-2. 18.12.1952 доработанный проект с макетом утверждён.

В нише башни размещались: приёмо-передатчики РТК и РТУ с блоком дуплекса. 10-метровая антенна на корме в герметизированном кожухе.

Навигационные средства: курсопрокладчик, гироблок, преобразователь, регулятор частоты, магнитный усилитель, щиток управления, датчик пути со спидометром, курсоуказатель, буссоль. Вертикально-базный дальномер вместо МК-4 наводчика.

Ночные условия: прибор ночного видения мехвода, съёмный прожектор, бинокль для ИК-излучения.

Боекомплект уменьшен на 14 выстрелов, изъята штатная радиостанция 10РТ, люк запасного выхода перенесён.

Два опытных образца изготовлены в 1954 году, на заводе №75 выпущен образец с РТУ-2 и ТПУ-5. По результатам полигонных испытаний танк рекомендовали к принятию на вооружение. В 1955 году завод №183 изготовил 50 машин Т-54К. На серийных машинах дальномеры не устанавливались. Принят на вооружение приказом МО в 1958 году.

 

Ход разработки и полигонные испытания связи

Т-54К (объект 137К) отличался от линейного Т-54 обр. 1951 г.:

• установкой дополнительной радиостанции РСБ-ЗТ и бензоэлектрического зарядного агрегата АБ-1-П/30. Зарядный агрегат размещался за сиденьем мехвода, люк запасного выхода перенесён на правую сторону днища;

Рис.1 Размещение радиостанций в башне танка Т-54АК

 

• курсовой пулемёт СГМТ сохранён;
• боекомплект: 28 выстрелов, 3500 патронов 7,62-мм, 200 патронов 12,7-мм, автомат АК-47 (120 патронов), 10 гранат Ф-1, сигнальный пистолет (12 патронов);
• антенный ввод через правый борт, защищён броневым стаканом. Штыревая антенна 10 м (дальность 35–40 км стоянка), 4 м (стоянка/ход 10 км). В 1955 году разработана документация на установку Р-113, Р-112, ТПУ-120 в Т-54АК.

Два опытных образца изготовлены в конце 1955 года. Документация утверждена 22 ноября 1956 года, установочная партия 50 машин. Трудности с зарядными агрегатами и качеством радиостанций. Новый зарядный агрегат разработан и испытан.

 

 

2. Т-54АК

 

Рис.2 Т-54АК

 

Т-54АК (объект 137ГК) принят на вооружение в 1958 году. Отличался от Т-54А установкой Р-112 у командира, АБ-1-П/30, ТНА-2. Боекомплект 28 выстрелов. Дальность связи Р-112 в движении 12–15 км, телеграфом стоянка до 50 км. При капремонте СГМТ заменены на ПКТ, Р-113/Р-112 на Р-123/Р-130М.

 

3. Т-54БК

 

Рис.3 Т-54БК

 

Т-54БК (объект 137КЦ) серийно выпускался в 1957–1958 гг. Принят в 1958 году. Отличался от линейного Т-54Б установкой Р-112 и АБ-1-П/30. Боекомплект сокращён с 34 до 26 выстрелов.

 

4. Т-54МК

Т-54МК принят в 1977 году, выпускался заводами капремонта на базе Т-54М. Изготовлено 62 машины. Дополнительно оснащался Р-130М, ТНА-2, зарядным агрегатом. Боекомплект сокращён с 43 до 37 выстрелов. Дальность связи Р-130М на 4-м штыре днём 50 км, ночью 20 км, на симметричном вибраторе/зенитном излучении 350 км.

 

Выявленные дефекты и инженерные решения

Первые испытания командирских машин выявили проблемы с помехами радиосвязи при работе двигателя на высоких оборотах. Антенные вводы требовали дополнительной экранировки, иначе возникали наводки на приёмники. Зарядные агрегаты АБ-1-П/30 перегревались при непрерывной работе в летний период, требовалась доработка системы охлаждения. Навигационная аппаратура ТНА-2 показывала дрейф при длительных маршах без корректировки по картам, требовались калибровочные работы. Для устранения этих проблем КБ завода №183 совместно с заводами связи МО внедрили дополнительные фильтры питания, экранировали антенные кабели, улучшили вентиляцию зарядных агрегатов, доработали преобразователи ТНА-2. Дальность связи стабилизировалась, помехи устранены. Боекомплект сокращён для размещения оборудования, но функционал управления сохранён.

 

Организация производства и кооперация

Производство велось на заводах №183, №75, ремонтных предприятиях МО. Радиостанции и навигационное оборудование поставлялись заводами связи МО. Зарядные агрегаты разрабатывались совместно с отраслевыми институтами. При капремонте машины модернизировались до уровня Т-54БК и Т-54МК. Командирские Т-54 стали «мозгами» танковых батальонов и полков, обеспечивая координацию огня, навигацию и связь в условиях ограниченной видимости и радиоэлектронного противодействия. Их конструкция демонстрирует баланс между боевой автономностью и управленческими функциями, где снижение боекомплекта компенсировалось расширением коммуникационного и навигационного потенциала.

 

Таблица: Параметры связи и навигации командирских вариантов

 

Вариант	Т-54К	Т-54АК	Т-54БК	Т-54МК
Радиостанции	Р-113, ОСБ-3Т	Р-112, Р-113		Р-130М, Р-123
Дальность связи	10-40 км	20-50	12-50	20-350
Навигация	Курсопрокладчик, буссоль	ТНА-2, курсоуказатель	ТНА-2, гирополукомпас	ТНА-2, ГЛК-59
Зарядный агрегат	АБ-1-П/30			Модифицированный АБ
Боекомплект	28 выстрелов		26 выстрелов	37 выстрелов

 

 

Перечень ключевых этапов разработки и внедрения

1. 1947–1949: Проектные работы на заводе №112, опытный образец.
2. 1949–1952: Перенос работ на завод №183, доработка проекта, установка ТНА-2.
3. 1954: Изготовление опытных образцов, полигонные испытания связи.
4. 1955: Выпуск 50 машин Т-54К, разработка Т-54АК.
5. 1957–1958: Серийный выпуск Т-54БК, принятие на вооружение.
6. 1960–1970: Капитальный ремонт, замена радиостанций на Р-123/Р-130М.
7. 1977: Принятие Т-54МК, выпуск 62 машин на ремонтных заводах.
8. Экспорт и адаптация: поставка в страны ОВД, локальные доработки связи

 

Заключение: управление на поле боя

Командирские Т-54 стали «мозгами» танковых батальонов и полков, обеспечивая координацию огня, навигацию и связь в условиях ограниченной видимости и радиоэлектронного противодействия. Их конструкция демонстрирует баланс между боевой автономностью и управленческими функциями, где снижение боекомплекта компенсировалось расширением коммуникационного и навигационного потенциала.

 

Финальная модернизация

Последней крупной версией стал Т-54М («Объект 137М»), принятый на вооружение приказом МО №045 от 18 марта 1977 года. Модернизация проводилась на ремонтных заводах МО в 1977–1981 гг. с использованием агрегатов от Т-55.

 

Рис.1 Средний танк Т-54М

 

В отечественной номенклатуре Т-54АМ обозначает модернизацию танков Т-54А до уровня Т-54М. Работы проводились на ремонтных заводах МО при капитальном ремонте.

Машина получила современный уровень защиты от ОМП, улучшенную подвижность и надёжность, оставаясь при этом ремонтопригодной и экономичной в эксплуатации.

 

Рис.2 Боковая проекция танка Т-54АМ

 

Танк принят на вооружение приказом МО №045 от 18.03.1977. Модернизировано 1562 танка (по состоянию на 01.11.1991).

 

Ключевые этапы работ по модернизации

• 1955–1962: Разработка элементов ПАЗ, ТДА, ФВУ, РМШ на заводах №75, №174.

 

Рис.3 Опытный танк Т-54М образца 1954 года

 

• 1962: Изготовление опытных образцов «Объект 611» с противорадиационными материалами.
• 1966: Начало установки РМШ при капремонте ранних выпусков.
• 1977: Приказ МО №045, принятие Т-54М на вооружение, запуск модернизации.
• 1977–1981: Замена двигателей, трансмиссии, гусениц, внедрение ПАЗ/ТДА.
• 1977–1991: Модернизация 1562 танков на ремонтных заводах МО.
• 1980-е: Адаптация под полевые условия, доработка уплотнений и фильтров.
• Унификация с Т-55: упрощение логистики, взаимозаменяемость агрегатов.

В рамках конструкторских работ, направленных на улучшение ТТХ Т-54М, КБ заводов, занимавшихся модернизацией, детально проработали несколько конструктивных решений:

• объект 440;
• объект 441 – оба варианта датированы июлем 1956 года (оба – КБ завода №75);
• объект 442;
• объект 611 – 1962 год (КБ завода №174).

Чтобы не дублировать работы, базовые элементы конструкции были разделены между заводскими КБ.

 

Рис.4 Опытный танк «объект 141»

 

Рис. 5 Опытный танк «объект 139»

 

Реальные образцы были изготовлены в металле и проходили комплексные испытания в рамках работ над объектом 141 и объектом 139.

 

Основные изменения Т-54М

Рассматривая информацию данного раздела, следует иметь в виду, что версия Т-54М была представлена двумя решениями, конструктивно отличавшимися одна от другой: Т-54М образца 1954 года и Т-54М образца 1957 года.

 

Рис.6  Корпус танка Т-54М

 

Конструктивные изменения, относительно Т-54Б, внесённые в процессе модернизации:

• МТО: поперечно установлен дизель В-55/В-55В (580 л.с./ 426 кВт) вместо В-54 (повышенный ресурс, многотопливность);

 

Рис. 7 Днище танка Т-54М

 

Рис.8 Верхняя часть корпуса Т-54М

 

• топливная система: установили внутренне топливные баки-стеллажи, систему ТДА, внесены изменения в привод управления топливным насосом и систему смазки;
• система охлаждения/подогрева: появился форсуночный подогреватель;
• трансмиссия: усиленный главный фрикцион (19 дисков вместо 17), гидропневматический привод выключения (выключения 0,1-0,3 с), двухрядные комбинированные бортовые редукторы (передаточное отношение 6,706);
• усиленные ПМП изменённой конструкции;
• вместо одноступенчатых бортовых редукторов с передаточным отношением 6,78 применялись комбинированные бортовые редукторы (с цилиндрическими и планетарными рядами), имевшие передаточное отношение 6,706.
• воздушная система: установлена воздушная система пуска двигателя с использованием сжатого воздуха, управление гидропневматическим приводом, эжекционная очистка приборов;
• гусеничный движитель: гусеницы с резинометаллическим шарниром (РМШ) (ресурс 5000–6000 км). Ведущие колёса с 14 зубьями (для РМШ) или 13 зубьями (для ОМШ). Масса одной гусеницы с РМШ: 1600 кг, с ОМШ – 1420 кг;
• защита:
  • системы ПАЗ (противоатомная). Автоматическое закрытие жалюзи МТО при ядерном взрыве. Герметизация обитаемых отсеков;
  • ТДА (термодымовая аппаратура). Постановка аэрозольной завесы через систему выпуска двигателя;
  • ФВУ-15 (башня), ФВУ-3,5 (отделение управления;
• вооружение: сохранены Д-10Т2С и СТП-2, но с модернизированными системами наведения;

 

Рис.9 Башня танка Т-54М

 

• введён кумулятивный снаряд ЗБК5/ЗБК5М;

 

Рис.10 Размещение боекомплекта в серийном Т-54М

 

• электрооборудование: генератор Г-5, фильтры МЦ-1, воздушная система пуска и очистки;

 

Рис.11 Установка 14,5 мм пулемёта КПВТ на опытном образце танка Т-54М

 

Рис.12 Устройство ТКБ-450А с пристыкованным АК-47

 

• боевая масса: возросла до 36,5 т;
• удельная мощность – 15,9 л.с./т;
• запас хода по шоссе – 400–450 км.

Производство: модернизировано 1562 танка (по состоянию на 01.11.1991).

Т-54М стал итогом 30-летней эволюции. Машина получила современный уровень защиты от ОМП, улучшенную подвижность и надёжность, оставаясь при этом ремонтопригодной и экономичной в эксплуатации.

 

Сравнительные тактико-технические характеристики

Для наглядности приведены основные ТТХ ключевых модификаций Т-54 в сравнительной таблице.

 

Т-54М стал итогом 30-летней эволюции. Машина получила современный уровень защиты от ОМП, улучшенную подвижность и надёжность, оставаясь при этом ремонтопригодной и экономичной в эксплуатации.

Этот танк продемонстрировал классический советский подход к продлению жизненного цикла: замена «сердца» и «ног» на агрегаты следующего поколения, внедрение защиты от ОМП, повышение ресурса ходовой части. Машина не была революционной, но стала необходимым звеном в системе поддержания боеготовности в условиях холодной войны.

 

 

Рис.1 Средний танк Т-54Б. 7.11.62 Парад Победы. Москва. Хорошо виден прожектор Л-2 на орудийной маске

 

По сравнению с версией Т-54А, новая модификация получила ряд фундаментальных конструктивных изменений, главными из которых следует назвать резкое повышение эффективности ведения огня в движении, а также адаптация танка к активным боевым действиям в условиях ограниченной видимости и в ночное время. Кроме того, Т-54Б стал первой серийной советской бронированной машиной, оснащенной комплексом оборудования для подводного вождения (ОПВТ).

 

Оборудование для преодоление водных преград и навигации в сложных условиях

Внедрение оборудования для подводного вождения, которое начали устанавливать на серийные машины с апреля 1958 года, позволило танку самостоятельно преодолевать водные преграды глубиной до 5 метров и шириной по руслу от 700 до 1000 метров.

 

Рис.2 Т-54Б, оснащённый комплектом ОПВТ-А (заменён с 1958 года на ОПВТ-54)

 

Для обеспечения вождения танка ночью в боевых условиях МВ, вместо левого смотрового прибора, получил ночной прибор ТНВ-2 и две фары ФГ-10. Первая оснащалась ИК фильтром, вторая имела светомаскировочную насадку. Для совместной работы с ТНВ-2 вторая фара также получила ИК-фильтр. При переходе на серийный выпуск ФГ-10 поменяли на ФГ-125 (имели ИК фильтр) и ФГ-127 (комплектовались СМУ).

 

Рис. 3Т-54Б выпуска до 1958 года с комплектом ОПВТ-В на испытаниях

 

Для сохранения заданного направления движения при перемещении в условиях ограниченной видимости и под водой место МВ оборудовали ГПК-48 (гирополукомпасом) с преобразователем ПАГ-1Ф.

 

В передней части командирской башенки размещались прибор ТПКУБ (на части машин выпуска 1957 г. еще монтировался прибор ТПК-1) и два призменных смотровых прибора. Еще два аналогичных призменных смотровых прибора располагались в крышке люка. С 1959 г. вместо прибора ТПКУБ устанавливался прибор ТПКУ-2Б.

 

Рис.4 Т-54Б выпуска 1957 года. Вид справа спереди.

 

Рис.5 Т-54Б выпуска 1957 года. Вид слева сзади

 

В ночных условиях на место прибора ТПКУБ (ТПКУ-2Б) монтировался ночной прибор наблюдения ТКН-1 с дальностью видения ночью до 450 м. Вместо ночного прибора ТКН-1 мог использоваться ночной прибор ТКН-1 С, который отличался от предыдущего встроенным блоком питания.

При установке ночного прибора для подсветки местности использовался осветитель ОУ-3 или ОУ-ЗГКс ИК-фильтром, устанавливавшийся на крыше командирской башенки.

 

Вооружение и стабилизатор «Циклон»

Машина получила 100-мм нарезную пушку Д-10Т2С, агрегатированную с двухплоскостным стабилизатором вооружения СТП-2 «Циклон». Из-за интеграции со стабилизатором пушка Д-10Т2С имела конструктивные отличия в исполнении отдельных узлов от предыдущей модели Д-10ТГ.

 

Рис.6 Установка элементов стабилизатора вооружения СТП-2 «Циклон2 в танке Т-54Б

 

Стабилизатор «Циклон» представлял собой сложную и надежную систему, обеспечивавшую:

• автоматическое удержание орудия и спаренного пулемета в заданной точке прицеливания в вертикальной и горизонтальной плоскостях на ходу;
• плавную наводку оружия в двух плоскостях с тонким регулированием скоростей;
• функцию целеуказания от командира машины к наводчику в горизонтальной плоскости.

Система отличалась высокой надежностью, сохраняя работоспособность при экстремальных температурах окружающего воздуха от -40 до +50°С, и допускала непрерывную работу в течение 4 часов. Скорости наводки пушки по вертикали варьировались от 0,07 до 4,5 град./с, а скорость вращения башни составляла от 0,07 до 15 град./с. Благодаря стабилизатору боевая скорострельность при стрельбе с места достигала 7 выстрелов в минуту, а в движении — до 4 выстрелов в минуту.

 

Рис.7 Размещение боекомплекта в Т-54Б

 

Количественно боекомплект остался на уровне Т-54А, однако его номенклатура пополнилась важнейшим элементом — выстрелом с кумулятивным снарядом БК5М, что существенно расширило противотанковые возможности машины.

 

Прицельные комплексы и боеприпасы

Для дневной стрельбы прямой наводкой применялся телескопический прицел ТШ2А-22 (позже заменен на ТШ2Б-22 и ТШ2Б-22П). Стрельба с закрытых позиций велась с использованием бокового уровня и азимутального указателя, который монтировался непосредственно на картере механизма поворота башни. Ночная стрельба обеспечивалась монокулярным перископическим электронно-оптическим прицелом ТПН-1 с дальностью прицеливания до 800 м; подсветку целей брал на себя инфракрасный прожектор Л-2.

 

Эргономика и рабочее место командира

В боевом отделении для повышения безопасности и удобства работы заряжающего был внедрен вращающийся пол (полик), синхронизированный с башней.

 

Рис.8 Т-54Б (версия образца 1951 года, модернизированная). ИК прожектор Л-2 стоит на башне. У дульного среза ствола расположен противовес. На нижнем лобовом листе корпуса видны узлы крепления каткового минного трала

 

Командирская башенка в передней части оснащалась прибором ТПКУБ (на машинах начала 1957 г. еще встречался ТПК-1) и парой призменных смотровых приборов. Еще два аналогичных прибора размещались в крышке люка. С 1959 года прибор ТПКУБ уступил место более совершенному ТПКУ-2Б.

Для ночного наблюдения вместо дневного прибора устанавливался ТКН-1 (или ТКН-1С со встроенным блоком питания), обеспечивавший видимость до 450 метров. Подсветка местности осуществлялась осветителем ОУ-3 или ОУ-ЗГК с ИК-фильтром, монтировавшийся на крыше башенки.

 

Защита, герметизация и ходовая часть

Броневая защита корпуса и башни не претерпела изменений, однако наружная часть картеров бортовых редукторов получила дополнительную защиту в виде бронировок, приваривавшихся к среднему и нижнему кормовым листам, а также к самим картерам.

 

Рис.9 Верхняя часть корпуса Т-54Б

 

Комплекс мероприятий по противоатомной защите (ПАЗ) и подводному вождению потребовал тщательной герметизации машины. Для исключения проникновения пыли, воды, а также ударной волны и радиоактивной пыли через зазор погона башни, применялось специальное уплотнительное устройство на основе резиновой ленты с тросовым механизмом затяжки. На машинах поздних выпусков для улучшения герметичности под резиновым кольцом стали устанавливать дополнительное суконное кольцо. Амбразуры орудия, спаренного пулемета и прицела закрывались специальными брезентовыми чехлами (на ранних машинах до апреля 1959 г. чехол пушки также имел уплотнение для кронштейна осветителя Л-2).

 

Рис.10 Башня Т-54Б

 

Силовая установка, трансмиссия и ходовая часть в своей основе сохранили конструкцию базового Т-54. При этом часть машин получила подготовку для работы с минными тралами КМТ-4М и КМТ-5М. Для их монтажа на верхнем лобовом листе корпуса приваривались два кронштейна, а на нижнем наклонном листе размещались восемь планок с резьбовыми отверстиями.

 

История серийного производства

Установочная партия Т-54Б была собрана на заводе №183 в конце 1956 года (ноябрь-декабрь).

 

Рис. 11 Колонна танков Т-54 на марше

 

Полноценное серийное производство велось с 1957 по 1959 год на трех крупнейших предприятиях: заводе №183, заводе №75 и заводе №174. Общий объем выпущенных танков данной модификации составил 1575 единиц.

 

Программа модернизации ранее выпущенных танков

Параллельно с выпуском Т-54Б была развернута масштабная программа унификации парка. Завод №183 разработал техническую документацию по модернизации ранее сошедших с конвейера Т-54 (за исключением самых ранних образцов 1947/48 и 1949 гг.). К работам подключились смежные предприятия: завод №75 дорабатывал ходовую часть, №174 — башню и вооружение, №255 — электрику, а Челябинский Кировский завод занимался двигателями В-54 и В-55.

 

Рис. 12, 13 Танки Т-54Б, оборудованные дополнительными ёмкостями для топлива. Испытания 1958 года. Верхнее решение пошло в серию.

 

Основной объем переоборудования проводился в ходе капитального ремонта на заводах Министерства обороны. Танки Т-54 обр. 1951 г. и Т-54А получали стабилизатор СТП-2 с противовесом, системы ПАЗ, УА ППО, ТДА, ОПВТ и новые средства связи. Эта масштабная кампания позволила довести характеристики тысяч старых машин до уровня Т-54Б, обеспечив им уверенное превосходство над современными зарубежными аналогами, такими как американские М46, М47, М48 и британский «Центурион».

 

Последующие этапы модернизации в войсках

После снятия Т-54Б с конвейера и перехода к выпуску Т-55 и Т-55А, старые машины продолжали оставаться в строю. В ходе капитальных ремонтов на заводах МО их постоянно модернизировали, приближая по ТТХ к уровню новых танков Т-55.

Хронология основных доработок выглядит следующим образом:

• с 1961 г.: В боекомплект введен выстрел ЗУБК4 с невращающимся кумулятивным снарядом ЗБК5 (или ЗБК5М), оснащенным взрывателем ГПВ-2 и трассером. Бронепробиваемость снаряда составляла 180 мм под углом 60° на любой дистанции;
• с 1 января 1965 г.: Спаренные пулеметы СГМТ заменены на более надежные ПКТ калибра 7,62 мм. Дневной прицел ТШ2А-22 заменен на ТШ2Б-32 (или ТШ2Б-32П);
• с января 1966 г.: Устаревшая радиостанция Р-113 с переговорным устройством Р-120 заменены на комплекс Р-123 и танковое переговорное устройство Р-124, рассчитанное на пять абонент;

 

Рис. 14 Т-54 обр. 1951 года, модернизированный до версии 54Б

 

• с января 1968 г.: Изменена схема крепления ЗИП и наружного имущества;
• с января 1969 г.: В боевом отделении оборудованы штатные места для укладки и крепления табельного имущества экипажа;
• с февраля 1969 г.: Рентгенметр ДП-3 заменен на усовершенствованный ДП-ЗБ;

 

Рис. 15 Т-54А, модернизированный до версии 54Б на учениях. 1974 год

 

• с 1972 г.: Машины получили две фильтровентиляционные установки: ФВУ-15 в башне и ФВУ-3,5 в отделении управления;
• с 1 января 1977 г.: Гирополукомпас ГПК-48 заменен на более современный ГЛК-59.

Благодаря продуманной конструкции и заложенному модернизационному потенциалу, средний танк Т-54Б и машины, приведенные к его стандарту, смогли сохранить высокую боевую эффективность и прослужить в войсках на протяжении многих десятилетий, оставаясь грозной силой на полях сражений второй половины XX века.

 

Переход к огню с ходу

Т-54А, принятый на вооружение приказом МО СССР от 22 марта 1955 года, ознаменовал качественный скачок в советской доктрине применения бронетехники. Если предыдущие модификации решали задачи защиты, проходимости и базовой эргономики, то Т-54А должен был обеспечить эффективное ведение прицельного огня на ходу.

 

1. Рис. Т-54А Главным внешним отличием от предыдущей модификации стал эжектор на стволе пушки

 

Первой крупной модернизацией стала установка 100-мм пушки Д-10ТГ со щелевым эжектором для продувки канала ствола после выстрела, резко снизившим загазованность боевого отделения.

 

Рис.2 Установка вооружения в башне. Здесь:

1-ствол пушки; 2- броневая защита пушки; 3-кронштейн прицела; 4-дождевой щиток; 5- противооткатные устройства; 6- прицел ТШ2А-22; 7- подвеска прицела; 8- стопор пушки по-походному; 9- механизм поворотного взвода; 10- боковой уровень; 11- съёмное ограждение; 12- откидное ограждение; 13- неподвижное ограждение; 14- рычаг ручного спуска; 15- боеукладка в башне; 16- подъёмный механизм пушки; 17- преобразователь УФ1Т; 18- гироблок; 19- гидроусилитель; 20- пульт управления; 21- подножка наводчика; 22- сиденье наводчика; 23- подножка командира танка; 24- ограничительная планка; 25- сиденье заряжающего; 26- пополнительный бак; 27- чехол на амбразуру пушки; 28- башня; 29- силовой цилиндр; 30- кронштейн спаренного пулемёта; 31- магазин-коробка спаренного пулемёта; 32- спаренный пулемёт; 33- прибор автоблокировки; 34- рукоятка затвора; 35- стопор откидного ограждения; 36- сиденье командира танка; 37- закрывающий механизм полуавтоматики; 38- компенсирующий механизм; 39- кронштейн подъёмного механизма пушки; 40- цапфа пушки; 41- электромашинный усилитель; 42- исполнительный двигатель; 43- механизм поворота башни; 44- стопор башни

 

Но ещё важнее было появление одноплоскостного стабилизатора вооружения СТП-1 «Горизонт» (разработка ЦНИИ-173 под руководством И.В. Погожева), удерживавшего пушку и спаренный пулемёт в вертикальной плоскости при движении по пересечённой местности. Боевая скорострельность с ходу выросла с 2–3 до 4 выстрелов в минуту.

 

Рис.3 Размещение боекомплекта в танке

 

Привод поворота башни заменён на танковый автоматизированный электропривод ТАЭН-3 «Восход» с электромашинным усилителем ЭМУ-5ПМ.

Ход разработки стабилизатора и полигонные испытания

Разработка стабилизированного вооружения для Т-54 велась с конца 1940-х годов. В 1947 году завод №707 получил задание на стабилизатор для Д-10Т, но не справился. В конце 1949 года работы развернулись в ЦНИИ-58 под руководством В.Г. Грабина, подготовившем проекты стабилизированных пушек «0963» и «0968». Параллельно ЦНИИ-58 разрабатывал пушку С-84СА со стабилизатором С-88С. Макет башни под С-84СА изготовлен в феврале 1951 года, полигонные испытания прошли в июле. Летом 1952 года ЦНИИ-173 создал СТП-1 «Горизонт», смонтированный в трёх танках в мае, прошедший сдаточные испытания в августе и полигонные в сентябре. Сравнительные испытания показали, что эффективность стрельбы при обоих вариантах стабилизатора была практически одинаковой, несмотря на двухплоскостность С-88С. В 1954 году завод №183 изготовил три Т-54 с действующими макетами двухплоскостных стабилизаторов ЦНИИ-173, ЦНИИ-58 и завода №393. Испытания показали, что двухплоскостные стабилизаторы повышают эффективность стрельбы с хода в 2 раза и по скорострельности – в 1,5 раза. Однако промышленная база для серийного производства ещё не была развёрнута, ЦНИИ-58 передан в Министерство среднего машиностроения, техническая база ослаблена.

 

Рис.4 Т-54А Вид сверху

 

В августе 1954 года министры обороны, транспортного машиностроения и оборонной промышленности направили в Совмин письмо о необходимости перевести специалистов из ЦНИИ-58 в ЦНИИ-173 и на завод №393. Первоочередной мерой признана установка одноплоскостного стабилизатора «Горизонт», выполненного для серийной пушки Д-10Т. Вариант получил обозначение Д-10ТГ. В 1954 году выпущена установочная партия из 25 машин. 19 ноября 1954 года постановлением Совмина танк «Объект 137Г» под маркой Т-54А принят на вооружение.

 

Выявленные дефекты и инженерные решения

Первые серийные машины столкнулись с проблемами точности стабилизации при резких кренах и ударах подвески.

 

Рис.5 Продольный разрез

 

Скорость вертикальной наводки (0,07–4,5 град/с) не всегда успевала за изменением профиля местности на скорости свыше 35 км/ч. Эжектор Д-10ТГ требовал точной калибровки зазоров в щелевом устройстве: при нарушении регулировки возникало обратное пламя или недостаточная продувка, что приводило к загазованности. Привод ТАЭН-3 «Восход» показывал перегрев электромашинного усилителя ЭМУ-5ПМ при непрерывной работе свыше 3 часов. Для устранения этих проблем за 1956 год в конструкцию внедрили 396 мероприятий. Были доработаны демпфирующие узлы стабилизатора, усилены крепления бронемаски, введён контроль зазоров эжектора в заводских условиях, улучшена система охлаждения привода башни. Ночное оборудование включало ТВН-1 для механика-водителя и ИК-фильтр на фаре ФГ-10. Боекомплект остался на уровне 34 выстрелов (14 БТ, 20 ОФ), 3500 патронов 7,62-мм, 200 патронов 12,7-мм.

 

Рис.6 Отделение управления

 

Двигатель В-54Г (520 л.с.) получил центробежный все режимный регулятор. Введена полуавтоматическая углекислотная система ППО (3 баллона, 6 термоэлектроизвещателей). На корме крепились дымовые шашки БДШ-5. Всего за период выпуска (апрель 1955 – июнь 1957) изготовлено 4602 танка.

 

Организация производства и кооперация

Производство организовано на заводах №183, №75, №174. В связи с организацией серийного производства Т-54А выпуск Т-54 прекратился, но в 1955 году заводом №183 намечены мероприятия по модернизации ранее выпущенных машин: установка Р-113/ТПУ-120 на танки 1949–1955 гг., одноплоскостного стабилизатора на Т-54 выпуска 1951–1955 гг.

 

Рис.7 Боевое отделение

 

Лицензионное производство развёрнуто в ПНР с 1956 г., в ЧССР с 1958 г., в КНР (Type 59) с 1957 г. Радиостанция Р-113, ТПУ Р-120. За 1956 год в конструкцию внедрили 396 мероприятий по улучшению. Т-54А стал первым советским танком, способным эффективно вести огонь с ходу, что соответствовало доктрине глубокой наступательной операции.

 

Рис.8 Место наводчика

 

Таблица: Сравнительные параметры систем стабилизации и управления огнём

 

Параметр	Т-54- (1951)	Т-54А (1955)	Техническое обоснование изменения
Орудие	Д-10Т	Д-10ТГ (эжектор)	Снижение загазованности боевого отделения на 60–70%
Стабилизатор	Нет	СТП-1 «Горизонт» (1 пл.)	Возможность прицельного огня с ходу по вертикали
Привод башни	Механический/ЭПБ-4	ТАЭН-3 «Восход» + ЭМУ-5ПМ	Плавная наводка 0,05–10 град/с, целеуказание 10 град/с
Прицелы	ТШ2-22 / ТВН-1	ТШ2А-22 / ТВН-1	Электрообогрев стекла, очистка от пыли, улучшенная оптика
Скорострельность с ходу	2–3 выстр./мин	4 выстр./мин	Удержание орудия в цели, исключение ручной коррекции
Система ППО	Ручная/автоматическая базовая	Полуавтоматическая углекислотная (3 баллона)	Быстрое реагирование на возгорание, 6 термоизвещателей
Дымовые средства	Шашки ЕДШ-5	БДШ-5 на корме	Быстрая постановка завесы при отходе или манёвре

 

Перечень ключевых этапов отработки и производства

1. 1947–1949: Поручение заводу №707, неудача, передача работ в ЦНИИ-58.
2. 1952: Создание СТП-1 «Горизонт» в ЦНИИ-173, полигонные испытания.
3. 1954: Сравнительные испытания макетов двухплоскостных стабилизаторов, признание преимущества «Горизонта» для серийного выпуска.

 

Рис.9 Средний танк Т-54А с дополнительным управляемым оружием ПТРК «Малютка»

 

4. 1954: Выпуск установочной партии из 25 машин с Д-10ТГ.
5. 1955: Принятие на вооружение приказом МО №22.03.1955, запуск серийного выпуска.
6. 1956: Внедрение 396 мероприятий по улучшению, доработка эжектора и привода.
7. 1955–1957: Модернизация ранее выпущенных Т-54 до уровня Т-54А на ремонтных заводах.
8. Лицензионное производство: ПНР (1956), ЧССР (1958), КНР (Type 59, 1957).

 

Заключение: рождение платформы огня с ходу

Т-54А заложил основу для перехода к двухплоскостной стабилизации, ночным приборам и ОПВТ, став логическим звеном между «классическим» Т-54 и универсальной платформой Т-54Б.

 

Рис.10 Т-54А 1957 года выпуска

 

Его эволюция демонстрирует классический советский подход: постепенное внедрение проверенных решений вместо рискованных революционных скачков, где каждый этап решал конкретную тактическую задачу, отработанную на полигонах и в войсках. Машина стала первой, способной эффективно вести огонь с ходу, что соответствовало доктрине глубокой наступательной оперции.