ОТ-55: танк, который дышал огнём

Продолжение. Начало смотри здесь.

1. Зачем танку огнемёт

К середине 1950-х годов советские военные теоретики столкнулись с проблемой, которая на первый взгляд кажется парадоксальной: танк, при всей своей огневой мощи, оказывался не вполне эффективен против противника, засевшего в капонире, доте, подвале, траншее или за складкой местности. 100-мм снаряд пушки Д-10Т — оружие грозное, но в условиях ближнего боя, при штурме укреплённых позиций, его фугасного действия порой не хватало. Противник укрывался, переживал обстрел и снова открывал огонь.

Именно здесь на сцену выходил огнемёт. Струя горящей огнесмеси, летящая в амбразуру или в окоп, действовала не только физически, но и психологически. Огонь выжигал укрытие, лишал противника возможности держаться на позиции, заставлял покидать окопы. Не случайно огнемётные танки с таким успехом применялись в годы Великой Отечественной войны: ОТ-34 на базе Т-34 стал настоящим кошмаром для немецкой пехоты в уличных боях и при штурме укреплений.

После войны работы по огнемётному вооружению не прекратились. Напротив, опыт Корейской войны, где американцы активно применяли огнемётные «Шерманы» (Sherman Crocodile на шасси М4А2)

Рис.1 Огнемётный танк США «Шерман Крокодил»

и Т66 (на шасси М47), подтвердил: огнемёт на танке — не анахронизм, а вполне актуальное средство. Вопрос стоял лишь в том, на какой базе строить новую машину и какой огнемёт на неё ставить.

Харьковское СКБ-1: кузница огнемётных танков

Разработкой танковых огнемётов в Советском Союзе занималось Специальное конструкторское бюро в Харькове — СКБ-1, образованное в июле 1948 года. Его начальником стал М.С. Озерский. Параллельно в КБ-60 существовал самостоятельный «отдел 62» во главе с Ф.А. Мостовым, также занимавшийся огнемётной тематикой. Именно эти два коллектива и стали авторами всех послевоенных советских огнемётных танков.

В 1949 году здесь была испытана первая послевоенная модель автоматического танкового огнемёта АТО-49, который после доработок получил обозначение АТО-54. Этот огнемёт был установлен на танк ОТ-54 («объект 481»), созданный на базе Т-54.

Рис.2 ОТ-54 (объект 481)

Машина была принята на вооружение в 1954 году и выпускалась малыми сериями на заводе №174 в Омске с 1955 по 1959 год. Всего построили 110 машин.

Однако АТО-54 имел дальность метания огнесмеси всего 160 метров, а ёмкость огневого выстрела составляла лишь 20 литров. Для конца 1950-х годов этого было уже недостаточно. Нужен был огнемёт помощнее и подальше.

2. Что приняли за основу

В 1955 году в СКБ-1 был выполнен технический проект нового огнемёта с повышенной до 200 метров дальностью метания огнесмеси. Опытный образец, получивший название АТО-200, изготовили в 1956 году.

Рис.3 Объект 482 (ОТ-55). Ствол огнемёта расчехлён.

Теперь встал вопрос о базе. К этому времени на вооружение уже поступал новый средний танк Т-55, принятый в 1958 году. Логика выбора была очевидна: зачем строить огнемётный танк на устаревающей базе Т-54, если есть более современная машина? Так в 1958 году появился ОТ-55 («объект 482») — огнемётный танк на базе Т-55.

Рис.4 ОТ-55 Слева от пушки хорошо видно ствол огнемёта в чехле

Принцип, заложенный ещё при создании ОТ-54, сохранился: огнемёт устанавливался не взамен основного вооружения, а в дополнение к нему. 100-мм пушка Д-10Т2С оставалась на месте, а огнемёт занимал место спаренного пулемёта ПКТ в башне. Боевые качества танка при этом формально не снижались — машина сохраняла способность вести огонь штатными снарядами на дистанции до 6900 метров.

3. Конструкция огнемёта АТО-200

АТО-200 представлял собой пороховой поршневой огнемёт многократного действия с пиротехническим зажиганием струи. Конструктивно он состоял из цилиндра — резервуара для огнесмеси, поступавшей туда перед выстрелом, задвижки с подвижной иглой, автоматики, системы пиротехнического зажигания и предохранительной системы.

Рис.5 ОТ-55 Вид справа

Стрельба осуществлялась следующим образом. При нажатии наводчиком на спусковую кнопку электрическое напряжение подавалось одновременно на реле времени и на очередной зажигательный пиропатрон, который воспламенялся и выбрасывал факел пламени перед насадкой огнемёта. Спустя 0,1–0,2 секунды реле времени подавало напряжение на электрокапсюльную втулку порохового патрона, моментально срабатывавшего. Давление пороховых газов в цилиндре быстро нарастало, под их действием поршень резко подавался вперёд и выталкивал огнесмесь из цилиндра через насадку. Разогнанная до скорости 100 м/с струя, пролетая через факел зажигательного патрона, воспламенялась.

Рис.6 АТО 200 в башне ОТ-55

В конце хода поршня срабатывала система клапанов: насадка продувалась, поршень под давлением огнесмеси в баке возвращался в исходное положение, оба барабана проворачивались и «подготавливали» очередные патроны. Огнемёт был готов к новому выстрелу.

Рис.7 Размещение огнемёта АТО-1 в башне танка ОТ-54 во многом аналогично варианту установки АТО-200 в танке ОТ-55

Важнейшим новшеством по сравнению с ОТ-54 стала стабилизация огнемёта в двух плоскостях наведения — вместе с пушкой. Это означало, что прицельное огнемётание можно было вести не только с места, но и с ходу. Скорострельность достигала 8 выстрелов в минуту. При этом для создания сплошной зоны огня наводчику не требовалось каждый раз нажимать на спусковую кнопку: её нужно было просто не отпускать, и тогда стрельба становилась непрерывной.

4. Огнесмесь и боекомплект

Для огнемётания применялась огнесмесь АП-7, представлявшая собой смесь бензина и керосина с добавкой порошка-загустителя ОП-2 и ксиленола. Температура пламени огнемётного выстрела достигала 900–1000 °C.

Рис.8 Работа огнемёта на полигоне

Бак для огнесмеси ёмкостью 460 литров размещался в носовой части танка на месте топливных баков-стеллажей. Для подвода огнесмеси в башню в средней части корпуса на днище имелось подающее устройство. Боекомплект АТО-200 включал 12 огневых выстрелов.

Разумеется, установка огнемёта и бака для огнесмеси потребовала жертв. Обычный боекомплект пушки пришлось уменьшить до 25 снарядов, а боекомплект курсового пулемёта — до 750 патронов. Прочие боевые и тактико-технические характеристики оставались на уровне базового Т-55.

5. Принятие на вооружение и серийное производство

Рис.9 ОТ-55 (объект 482) на полевых испытаниях

На вооружение танк ОТ-55 был принят приказом министра обороны СССР от 17 января 1960 года. Первую серию из 10 машин построили в 1961 году. Серийное производство осуществлялось на заводе им. Октябрьской Революции в Омске (завод №174) начиная с 1961 года. С 1968 по 1973 год выпуск ОТ-55 осуществлялся также в Харькове. В общей сложности было изготовлено 830 танков ОТ-55. Позднее часть машин строилась на базе Т-55А, унаследовав от него противорадиационный «подбой».

6. Тактико-технические характеристики

Боевая масса ОТ-55 составляла 36 тонн — на уровне базового Т-55. Экипаж — 4 человека. Вооружение: 100-мм пушка Д-10Т2С (боекомплект 25 выстрелов), огнемёт АТО-200 (12 огневых выстрелов, ёмкость выстрела 35 литров, дальность до 200 м, скорострельность до 8 выстр./мин), курсовой пулемёт ПКТ (750 патронов). Двигатель В-55 мощностью 580 л.с. Максимальная скорость по шоссе — 50 км/ч. Запас хода — до 500 км.

7. Проблемы тактики и снятие с вооружения

ОТ-55 выпускался в относительно небольших количествах, и причина этого была отнюдь не производственной. К концу 1950-х годов существенно усовершенствовались различные противотанковые средства пехоты: ручные гранатомёты, базуки, безоткатные орудия и даже ПТУРС первого поколения. Все они были способны поражать ОТ-55 на дистанциях, значительно превосходящих 200 метров дальности его огнеметания.

Рис.10 ОТ-55. Вид сверху

С другой стороны, отсутствие спаренного пулемёта делало ОТ-55 практически беззащитным от противотанковых средств противника на ближних дистанциях. Курсовой пулемёт не обеспечивал прицельной стрельбы, а на машинах, построенных на базе Т-55А, от него и вовсе отказались. Получался парадокс: огнемётный танк, предназначенный для ближнего боя, не имел адекватных средств самообороны на той самой ближней дистанции.

Тем не менее, ОТ-55 оставался на вооружении Советской Армии более тридцати лет. Лишь в 1993 году танк был официально снят с вооружения. К этому времени ему на смену пришли принципиально иные средства поражения укреплённых целей: реактивные огнемётные системы залпового огня, термобарические боеприпасы, тяжёлые огнемётные системы вроде ТОС-1 «Буратино».

8. Боевое применение и экспорт

Следует отметить, что достоверных данных о боевом применении ОТ-55 крайне мало. В отличие от американских огнемётных танков М67, активно воевавших во Вьетнаме, советские ОТ-55 в крупных вооружённых конфликтах не засветились. Не зафиксировано их участие ни в ближневосточных войнах, ни в Афганистане.

Рис.11 ОТ-55 с расчехлённым огнемётом

Вероятно, это объясняется спецификой огнемётного вооружения: в условиях манёвренной войны с применением ПТУРС и гранатомётов подводить танк на 200 метров к укреплению было занятием самоубийственным.

Что касается экспорта, то ОТ-55, по имеющимся данным, за пределы СССР не поставлялся. Огнемётные танки были специфическим оружием, и советское руководство не стремилось передавать их союзникам.

9. Наследие

Рис.12 ОТ-55 на заводском дворе

ОТ-55 стал последним серийным огнемётным танком Советского Союза. Параллельно с ним в 1959 году на заводе №75 в Харькове был разработан опытный «объект 483» с мощным огнемётом ОМ-250, установленным в башне вместо пушки. Дальность огнемётания достигала 270 метров, а ёмкость огневого выстрела — 100 литров. Однако отсутствие пушечного вооружения резко снижало боевую ценность машины, и на вооружение она принята не была.

Рис.13 Объект 483 с огнемётом порохового типа

Идея танка-огнемёта в СССР не умерла — она трансформировалась. В начале 1980-х годов в Омске была создана тяжёлая огнемётная система ТОС-1 «Буратино» на шасси танка Т-72, стрелявшая термобарическими реактивными снарядами на дальность до 3500 метров. По сути, это был тот же огнемётный танк, но уже на принципиально ином уровне: вместо струи огнесмеси — залп из тридцати реактивных снарядов, вместо 200 метров — три с половиной километра.

ОТ-55 остался в истории как последний представитель целой эпохи — эпохи, когда танк дышал огнём в буквальном смысле слова.

Источники:

Шумилин С., Околелов Н., Чечин А. Средний танк Т-55 (объект 155). // Бронеколлекция. — 2008. — №4 (79), №5 (80).

Барятинский М.Б. Т-54 и Т-55. «Танк-солдат». — М.: Яуза, Эксмо, 2012.

Ардашев А. Огнемётные танки в послевоенный период // Техника и вооружение: вчера, сегодня, завтра. — 2006. — №9.

Танк Т-55. Техническое описание и инструкция по эксплуатации. — М.: Воениздат, 1983.

Солянкин А.Г., Желтов И.Г., Кудряшов К.Н. Отечественные бронированные машины. Т.3. — М.: Цейхгауз, 2010.

Продолжение следует.

Т-55А: первый в мире танк с противорадиационным «подбоем»

Продолжение. Начало смотри здесь.

Следующим этапом адаптации Т-55 к боевым действиям в условиях ядерной войны стали работы по усилению защиты экипажа и машины от проникающей радиации гамма- и нейтронного излучения. От первого экипаж в какой-то мере защищала танковая броня, хотя и недостаточно.

Рис.1 Т-55А

Для быстрых же нейтронов броня представляла собой довольно слабую преграду. Кроме того, опасность нейтронного излучения усиливается и тем, что под действием нейтронов нерадиоактивные атомы среды превращаются в радиоактивные, то есть образуется так называемая наведённая радиоактивность, что приводит к заболеванию лучевой болезнью. Проникающая радиация вызывает также потемнение оптики, выводит из строя радиоэлектронную аппаратуру, особенно её полупроводниковые элементы.

Рис.2 Т-55А

Для решения задач по защите танков от проникающей радиации в ЦБЛ-1 (Центральная броневая лаборатория; с 1967 года — НИИ стали Минтрансмаша) организуется специальный отдел противорадиационной защиты под руководством М.А. Студница. К 1961 году в этом отделе на основании данных натурных испытаний и модельных экспериментов были разработаны методики расчёта проникающей радиации. Также создаётся специальный материал ПОВ (слои полимера с оксидом бора и другими наполнителями), предназначенный для ослабления воздействия нейтронного излучения. ПОВ имел в два раза меньший удельный вес по сравнению со свинцом, но обеспечивал аналогичную защиту. Недостатком его была горючесть.

Рис.3 Впереди виден подбой. Его наличие стало главной причиной отказа от курсового пулемёта.

Весной 1961 года на заводе №183 начались конструкторские работы по оснащению этим материалом танка Т-55. На завод был командирован сам М.А. Студниц, чтобы решать возникающие вопросы непосредственно на месте. ПОВ предполагалось разместить в обитаемых отделениях корпуса и башни таким образом, чтобы максимально снизить дозу облучения членов экипажа танка. У конструкторов ПОВ получил условное название «подбой».

Рис.4 Надбой на люке механика-водителя

Кроме антирадиационного действия, «подбой» предохранял экипаж и от поражения осколками, отскакивающими от брони при попадании в танк снаряда. Оснащение танка этим материалом особых проблем не представляло, хотя и оказалось процессом довольно трудоёмким. ПОВ производился в виде плоских плит определённой толщины, и если в корпусе, где броневые листы также были плоскими, всё было просто, то в башне с выгнутыми стенками дело обстояло сложнее. Здесь листы «подбоя» должны были иметь сложную трёхмерную конфигурацию. Придать её листам ПОВ можно было лишь разогревом, в результате которого он размягчался. Учитывая массовое производство танков, для изготовления деталей «подбоя» пришлось разработать довольно сложную технологическую оснастку, в том числе и металлические пресс-формы.

Рис.5 Укладка первой очереди. Хорошо видно противорадиационный жилет за ней

Сначала из плоской плиты ПОВ вырезалась развёртка будущей детали, после этого посредством разогрева она размягчалась, и уже в пресс-форме ей придавалась соответствующая конфигурация. Производство подбоя ПОВ-50 осуществлялось Сафоновским заводом по переработке пластмасс в Смоленской области.

Помимо «подбоя», в конструкцию Т-55А внесли ряд других изменений. Наиболее существенным стал отказ от установки в отделении управления неподвижно закреплённого курсового пулемёта, огонь из которого вёл механик-водитель, при этом наводка пулемёта осуществлялась поворотом всего танка. Практика показала неэффективность ведения огня из этого пулемёта. Боекомплект был сокращён на 750 патронов. Введено новое сиденье механика-водителя.

Рис.6 Короткая труба ОПВТ на правой надгусеничной полке танка

Конструкторские работы провели в сжатые сроки, и модернизированный танк с улучшенной радиационной защитой был принят на вооружение приказом министра обороны СССР от 16 июля 1962 года под обозначением Т-55А («объект 155А»). Правда, на «родном» заводе в Нижнем Тагиле Т-55А никогда не выпускался, так как в этот период в ОКБ-520 завершались работы над более мощным танком — Т-62, вооружённым 115-мм гладкоствольной пушкой, и завод готовился к освоению его серийного производства. С декабря 1961 года выпуск Т-55 здесь был прекращён.

Рис.7 Т-55А на испытаниях

Производство Т-55А передали в Омск на завод №174 (позже Омский завод транспортного машиностроения). Выпуск танков Т-55А в Омске начался с 1963 года и продолжался до 1977-го. Всего для Советской Армии было изготовлено 4435 танков этой модификации.

Рис.8 Крыша башни танка Т-55А. Антирадиационный надбой на крышках люках командира, заряжающего и механика-водителя

В ходе серийного производства была усилена антинейтронная защита: на нём появился не только «подбой», но и «надбой» — дополнительный слой материала ПОВ, расположенный снаружи корпуса: на крышке люков механика-водителя, командира и заряжающего, а также на участке крыши башни между ними. «Надбой» крепился с внешней стороны брони и прикрывался сверху металлическими «чехлами». С 1965 года на Т-55А начали ставить более надёжные гусеницы с резинометаллическим шарниром РМШ, оказавшиеся вдвое долговечнее ОМШ. Теперь их пробег достигал 2000–3000 км. Соответственно, была изменена и конструкция съёмных венцов ведущих колёс — венцы для гусеницы с РМШ имели 14 зубьев вместо 13 для старой ОМШ. С июня 1965 года танки выпускаются с усовершенствованным ОПВТ.

Рис.9 Т-55А с ЗУ-62 в походном положении

С 1969 года вновь на танке появился зенитный пулемёт ДШКМ — уже для борьбы с боевыми вертолётами; его установили в пулемётной турели на люке заряжающего.

Рис.10 Зенитный пулемёт ДШКМ

С 1974 года установили квантовые дальномеры КДТ-1 «Нева» в комплекте с прицелом наводчика ТШС-32ПВМ с независимой стабилизацией поля зрения в вертикальной плоскости.

Рис.11 Танк Т-55А с лазерным дальномером КДТ-1. Хорошо виден его прямоугольный кожух над маской орудия.

Эволюция в ходе серийного производства

Производство Т-55А осуществлялось на заводе №174 в Омске с 1963 по 1977 год. На заводе №75 в Харькове выпуск продолжался до 1967 года. Всего для Советской Армии было изготовлено 4435 танков Т-55А.

В ходе серийного производства в конструкцию вносились изменения:

С 1965 года — гусеницы с резинометаллическим шарниром (РМШ), вдвое долговечнее ОМШ. Пробег гусениц достиг 2000–3000 км. Венцы ведущих колёс получили 14 зубьев вместо 13.

С июня 1965 года — усовершенствованное ОПВТ, обеспечивающее движение по суше без ограничений. Длинная воздухопитающая труба была заменена короткой с креплением на правой части башни.

С 1969 года — зенитный пулемёт ДШКМ в турели на люке заряжающего (для борьбы с боевыми вертолётами).

С 1974 года — гамма-датчик ГД-1М вместо РБЗ-1М, радиостанция Р-123 вместо Р-113, квантовые дальномеры КДТ-1 «Нева» с прицелом ТШС-32ПВМ.

С 1963 года в боекомплект введён кумулятивный снаряд ЗБК5М (бронепробиваемость до 390 мм), с 1967 года — подкалиберные снаряды ЗБМ10.

Производство за рубежом

Т-55А выпускался по лицензии в Польше (завод в Гливице) и Чехословакии (завод ZTS в Мартине, до 1982 года). В середине 1980-х годов в обеих странах началась модернизация парка Т-55А. В Польше машины получили СУО «Мерида», в Чехословакии — СУО «Кладиво» и КУВ «Бастион».

Боевое применение и текущий статус

Рис.12 Т-55А в версии 1970 года

Т-55А принимали участие во всех тех же конфликтах, что и базовый Т-55: Ближний Восток, Афганистан, Африка, Югославия. По состоянию на середину 2020-х годов Т-55А и их модернизированные варианты сохраняются на вооружении или хранении в ряде стран: Вьетнам, Куба, Сирия, Монголия, Ангола, Йемен, Эфиопия, Шри-Ланка и другие. В Европе 30 модернизированных М-55С1 состоят на вооружении Словении.

Если у кого-то из читателей появилось желание более подробно разобраться в конструкции танка Т-55, можно познакомиться с его техническим описанием.

Скачать его можно здесь.

Источники

Шумилин С., Околелов Н., Чечин А. Средний танк Т-55 (объект 155). // Бронеколлекция. — 2008. — №4–5.

Барятинский М.Б. Т-54 и Т-55. «Танк-солдат». — М.: Яуза, Эксмо, 2012.

Танк Т-55. Техническое описание и инструкция по эксплуатации. — М.: Воениздат, 1983.

Солянкин А.Г. и др. Отечественные бронированные машины. Т.3. — М.: Цейхгауз, 2010.

Продолжение следует.

width="720"
height="405"
src="https://rutube.ru/play/embed/4e3041d9cfdd8da08ebeaeca4616a2a3"
style="border: none;"
allow="clipboard-write; autoplay"
allowFullScreen

https://rutube.ru/video/4e3041d9cfdd8da08ebeaeca4616a2a3/?r=plwd

Т-55 образца 1960 года: рабочий конь, которого доводили на ходу

Продолжение. Начало смотри здесь.

От «объекта 155» к конвейеру

Когда 24 мая 1958 года приказом министра обороны СССР № 34 танк Т-55 был принят на вооружение, никто в Нижнем Тагиле не позволил себе почивать на лаврах. Серийное производство на заводе №183 стартовало уже в июне того же года, а чуть позднее к выпуску подключились харьковский завод №75 и омский №174. Благодаря преемственности конструкции с Т-54Б, сборочные конвейеры не останавливались ни на день.

Однако к 1960 году стало очевидно: машина требует доработки. Не радикальной перестройки, а планомерного, но необходимого устранения выявленных эксплуатационных недостатков.

Рис.1 Т-55 образца 1960 года

Именно эти изменения, внесённые в конструкцию Т-55 в 1960 году, и сформировали тот облик танка, который на долгие годы стал привычным для танковых войск Советской Армии.

Что изменилось в 1960 году

1. Главным нововведением стало введение дублирующего гидропневматического привода управления 19-дисковым главным фрикционом.

Зачем это понадобилось? Всё просто: механик-водитель Т-55 первых выпусков после длительного марша выходил из машины с дрожащими руками и ноющими мышцами. Управление главным фрикционом требовало значительного физического усилия, а в условиях многокилометровых переходов по дорогам с твёрдым покрытием это становилось настоящей проблемой. Гидропневматический привод существенно облегчил работу механика-водителя и снизил его нагрузки.

Рис.2 Один из первых танков Т-55 образца 1960 года

2. Вторым существенным изменением стала замена гирополукомпаса ГПК-48 на более совершенный ГПК-59.

Старый прибор, унаследованный ещё от Т-54Б, не вполне отвечал требованиям точности курсоуказания при длительных маршах, особенно в условиях отсутствия видимых ориентиров. ГПК-59 обеспечивал более стабильное определение курса и меньший уход показаний со временем.

Конструкция и вооружение базовой машины

Т-55 образца 1960 года сохранял классическую компоновку: отделение управления в носовой части, боевое отделение в средней, моторно-трансмиссионное — в корме. Экипаж — четыре человека: командир, механик-водитель, наводчик и заряжающий.

Рис.3 Т-55 обр. 1960г. на параде в Москве. 1965 год

Основным вооружением оставалась 100-мм нарезная пушка Д-10Т2С со стабилизатором в двух плоскостях СТП-2 «Циклон». Боекомплект — 43 унитарных выстрела, размещённых в укладках по всему корпусу и башне. Спаренный 7,62-мм пулемёт ПКТ имел боекомплект 3500 патронов. Курсовой пулемёт ПКТ с боекомплектом 750 патронов находился справа от механика-водителя. Зенитный 12,7-мм пулемёт ДШКМ на Т-55 образца 1960 года отсутствовал — его сняли ещё при создании базового «объекта 155», сочтя малоэффективным против реактивной авиации.

Рис.4 Танк в музейной экспозиции

Силовая установка — дизель В-55 мощностью 580 л.с. при 2000 об/мин. Трансмиссия включала гитару, главный фрикцион, пятиступенчатую коробку передач, два планетарных механизма поворота и бортовые передачи. Ходовая часть — пять опорных катков на борт, индивидуальная торсионная подвеска, гусеницы с открытым металлическим шарниром (ОМШ).

Системы защиты

Т-55 образца 1960 года сохранил все ключевые системы, ставшие его визитной карточкой при создании:

• система противоатомной защиты (ПАЗ) автоматически регистрировала поток гамма-излучения и выдавала сигнал на герметизацию корпуса, обесточивание цепей и остановку двигателя. После прохождения фронта ударной волны включался нагнетатель-сепаратор, подававший очищенный воздух под избыточным давлением;

Рис.5 Т-55 обр.1960 на государственных испытаниях

• унифицированная автоматическая противопожарная система «Роса» трёхкратного действия использовала состав «3,5» — смесь бромистого этила, углекислоты и сжатого воздуха;
• термодымовая аппаратура (ТДА) обеспечивала постановку дымовых завес шириной 250–400 м за счёт впрыска дизельного топлива в выхлопной коллектор.

Тактико-технические характеристики

Боевая масса — 36 т. Длина — 6200 мм (по корпусу), ширина — 3270 мм, высота — 2218 мм. Клиренс — 425–500 мм. Максимальная скорость по шоссе — 50 км/ч. Запас хода — до 500 км. Преодолеваемые препятствия: подъём — 32°, стенка — 0,8 м, ров — 2,7 м, брод без подготовки — 1,4 м, с ОПВТ — до 5 м.

Производство и поставки

Т-55 выпускался на трёх заводах: №183 в Нижнем Тагиле (до 1963 года), №75 в Харькове и №174 в Омске.

Рис.6 Колонна Т-55 обр.1960 на учениях в Таджикистане

Серийное производство танка Т-55 продолжалось с 1 июня 1958 года по 1963 год. Общая численность танков семейства Т-54, изготовленных для Советской Армии, составляет 17 457 единиц. До 1965 года для Советской Армии было изготовлено 10 848 танков семейства Т-55. В итоге можно достаточно смело говорить о 20 тыс. танков типа Т-55, изготовленных в СССР. При этом в 1970-е годы танки этого типа производились исключительно на экспорт.

Рис.7 Танк в частной коллекции (страна мне неизвестна)

По лицензии Т-55 выпускался в Польше (завод Bumbar-Labedy в Гливице, около 5000 машин с 1964 года) и Чехословакии (завод ZTS в Мартине, около 3820 машин с 1964 по 1982 год). В Китае на основе Т-54А выпускался аналог «Тип 59», а позднее — «Тип 69».

Боевое применение

Т-55 принимали участие в подавляющем большинстве вооружённых конфликтов второй половины XX века: Вьетнам, Ближний Восток (войны 1967 и 1973 годов), Афганистан (1979–1989), индо-пакистанские войны, ирано-иракская война 1980–1988 годов, гражданские войны в Анголе, Эфиопии, Сомали, Югославии. В ряде стран Т-55 до сих пор состоит на вооружении или хранении: Вьетнам (850 машин), Куба (около 900), Сирия, Йемен, Монголия, Ангола, Мозамбик и другие.

Источники

Шумилин С., Околелов Н., Чечин А. Средний танк Т-55 (объект 155). // Бронеколлекция. — 2008. — №4 (79).

Барятинский М.Б. Т-54 и Т-55. «Танк-солдат». — М.: Яуза, Эксмо, 2012.

Танк Т-55. Техническое описание и инструкция по эксплуатации. — М.: Воениздат, 1983.

Солянкин А.Г., Желтов И.Г., Кудряшов К.Н. Отечественные бронированные машины. XX век. Т.3. — М.: Цейхгауз, 2010.

Устьянцев С.В., Колмаков Д.Г. Боевые машины Уралвагонзавода. Танки Т-54/Т-55. — Нижний Тагил: Медиа-Принт, 2004.

Продолжение следует.

Глава 3. Описание конструкции Т-55

Продолжение. начало смотри здесь.

3.1. Компоновка и корпус

Т-55 имеет классическую компоновку с кормовым расположением трансмиссии. Внутри корпуса — три отделения: управления, боевое и силовое. Экипаж состоит из четырёх человек: командир танка, механик-водитель, наводчик, заряжающий. Механик-водитель находится в отделении управления, а остальные члены экипажа — в боевом.

Рис.1 Компоновка танка Т-55

Корпус танка состоит из носовой и кормовой части, бортов, днища, крыши, перегородок. Носовую часть составляют верхний и нижний наклонные листы, сваренные между собой, а также с днищем, бортами и передним листом крыши. На верхнем наклонном листе находятся два буксирных крюка с пружинными защёлками, стойки для крепления доски, предохраняющей приборы наблюдения механика-водителя и фары от забрызгивания грязью и снегом при движении. В средней его части имеется сквозное отверстие для стрельбы из курсового пулемёта, а слева в вырез вварено основание приборов наблюдения механика-водителя, закрываемое броневыми крышками.

Рис.2 Т-55. Вид сверху сзади

Днище корпуса в поперечном сечении — «корытообразной» формы. Вдоль бортов в него вварено по пять кронштейнов осей балансиров и по два фланца крепления амортизаторов. В днище имеются люки и лючки для доступа к агрегатам и слива жидкостей. Крыша корпуса состоит из подбашенного листа, съёмной крыши над двигателем, откидной крыши над радиатором и имеет выходные регулируемые жалюзи.

Рис.3 Чертёж корпуса и заброневого пространства Т-55

3.2. Башня

Башня представляет собой фасонную стальную отливку с амбразурой для установки пушки. К стенкам амбразуры изнутри, а также к донному листу башни приварена рамка с кронштейнами для крепления цапф люльки пушки. Снаружи вдоль стенок амбразуры справа и слева приварены защитные планки с резьбовыми отверстиями для крепления чехла. Справа от пушечной находится амбразура для спаренного пулемёта, слева — щель для прицела наводчика.

Рис.4 Башня

Сверху в башню вварена крыша, состоящая из двух сваренных между собой частей. В правой части имеются два круглых выреза: в одном смонтирован люк заряжающего с турелью, в другом установлен прибор наблюдения. В левой части сделаны вырезы для командирской башенки, ночного прицела, прибора наблюдения наводчика, антенного ввода радиостанции. Башня установлена на шариковой опоре, представляющей собой радиальноупорный шарикоподшипник, кольцами которого служат погоны башни. Вращается башня с помощью механизма поворота — планетарного редуктора с электромеханическим приводом.

3.3. Вооружение

В башне танка установлена 100-мм пушка Д-10Т2С и спаренный с ней 7,62-мм пулемёт ПКТ, стабилизированные в вертикальной и горизонтальной плоскостях наведения.

Рис.5 Установка пушки в танке

Дальность стрельбы из пушки с телескопическим прицелом — 6900 м, с применением бокового уровня — до 14 600 м. Дальность прямого выстрела бронебойным снарядом — 1000 м, осколочно-фугасной гранатой — 1100 м при высоте цели два метра. Горизонтальный угол обстрела — 360°, угол возвышения — +18°, склонения — −5°. Прицельная скорострельность при стрельбе с места — до 7 выстр./мин, с ходу — до 4 выстр./мин.

Рис.6 Боеукладка

Масса качающейся части пушки — 1950 кг. Ствол её представляет собой трубу-моноблок; затвор — клиновой, горизонтальный, с полуавтоматикой механического типа. Противооткатные устройства состоят из гидравлического тормоза отката и гидропневматического накатника. Пушка снабжена эжекционным устройством для очистки канала ствола от пороховых газов после выстрела.

Рис.7 Вид на замок пушки

Боекомплект пушки включает 43 унитарных выстрела. Основная укладка на 18 выстрелов помещается в двух баках-стеллажах в носовой части корпуса. Стеллажная укладка на 5 выстрелов расположена в нише башни. В поперечной стеллажной укладке у перегородки силового отделения хранится 10 выстрелов. Остальные выстрелы размещены в хомутиковых укладках на бортах корпуса, на днище и на правом борту башни танка.

Рис.8 Размещение боекомплекта в танке Т-55

Казалось, размещение артиллерийских снарядов в передней части машины в окружении топлива должно было снижать живучесть. Но специально проведённые полигонные испытания показали, что такая «мокрая» боеукладка, наоборот, играет роль дополнительной защиты — при попадании кумулятивного снаряда дизельное топливо не воспламенялось, а просто вытекало из повреждённых ёмкостей.

3.4. Силовая установка

На танке установлен 12-цилиндровый V-образный четырёхтактный быстроходный бескомпрессорный дизель жидкостного охлаждения В-55. Максимальная мощность — 580 л.с. при 2000 об/мин.

Рис.9 Силовое отделение корпуса

Рабочий объём двигателя 38 880 см³. Степень сжатия — 15. Масса двигателя 920 кг. Двигатель получил обогреваемый картер, гидромуфту привода генератора, муфту привода топливного насоса «зима — лето» и центробежный маслоочиститель тонкой очистки МЦ-1.

Рис.10 Танковый дизель В-55 на штатном месте

Его ресурс увеличился до 350 моточасов.

В-55 имел трёхступенчатый двухцилиндровый воздушный компрессор АК-150С (рабочее давление 150 кг/см²), что позволяло экипажу самостоятельно заправлять воздушные баллоны.

Рис.11 Дизель В-55

Правда, компрессор был позаимствован в авиапромышленности, и на танке ему пришлось работать в условиях повышенной запылённости, при высокой температуре, тряске, поэтому в первое время с его надёжностью возникали проблемы.

3.5. Трансмиссия и ходовая часть

Трансмиссия состоит из гитары, главного фрикциона, коробки передач, двух планетарных механизмов поворота, двух бортовых передач и привода вентилятора. Гитара — повышающий редуктор с передаточным числом 0,7. Главный фрикцион — многодисковый, сухого трения, «сталь по стали».

Рис.12 Т-55. 100 мм пушка танка Т-100 уничтожала все типы танков и бронетехники вероятного противника того периода

Коробка передач — пятискоростная, с постоянным зацеплением шестерён с синхронизаторами на III, IV и V передачах. Бортовые передачи — понижающие, с цилиндрическими и планетарными рядами, передаточное отношение — 6,706.

Механизмы поворота — двухступенчатые, планетарные, с блокировочными фрикционами, обеспечивающие прямую и замедленную в 1,42 раза передачу крутящего момента. Минимальный радиус поворота при постановке рычага механизма поворота в положение I — 8,91 м, в положение II — 2,64 м.

Ходовая часть каждого борта состоит из пяти сдвоенных обрезиненных опорных катков с литыми дисками, заднего ведущего колеса со съёмными зубчатыми венцами и направляющего колеса. Подвеска — индивидуальная, торсионная, с гидравлическими амортизаторами. Опорные катки левого борта смещены назад на 105 мм по отношению к каткам правого борта из-за смещения торсионных валов подвески.

Рис.13 Гусеница танка с резинометаллическим шарниром РМШ

Гусеницы — металлические, с резинометаллическим (РМШ) или открытым шарниром (ОМШ) и цевочным зацеплением. Число траков — 90 с ОМШ и 91 с РМШ; ширина трака — 580 мм, шаг гусеницы — 137 мм.

3.6. Системы ПАЗ, ППО и ТДА

Система противоатомной защиты в случае ядерного взрыва регистрировала поток гамма-излучения и выдавала сигнал на исполнительные органы, обеспечивающие герметизацию корпуса и башни, обесточивание основных цепей питания и остановку двигателя.

Рис.14 Надбой на люке и крыше башни (элемент противопыльной и противоатомной защиты)

Включалась фильтровентиляционная установка, подававшая внутрь танка очищенный воздух под избыточным давлением. На танке были улучшены все уплотнительные соединения и ликвидирован вытяжной вентилятор, расположенный у Т-54 на крыше башни. Отсутствие колпака вентилятора стало одним из внешних признаков, по которому Т-55 легко отличить от Т-54.

Рис.15 Подбой люка командира

Танк Т-55 получил унифицированную автоматическую противопожарную систему «Роса» трёхкратного действия с огнетушащим составом «3,5», пары которого при пожаре заполняли все свободное пространство того отделения танка, где возник очаг возгорания. Состав «3,5» представлял собой смесь, состоящую из бромистого этила, углекислоты и сжатого воздуха.

Рис.16 Нагнетатель-сепаратор - основной узел системы ПАЗ, создающий избыточное давление внутри танка

Для постановки дымовых завес на Т-55 смонтировали термодымовую аппаратуру многократного действия (ТДА). В качестве дымообразующего вещества использовалось дизельное топливо, отбирающееся из системы питания работающего двигателя. В результате создавалась непросматриваемая «дымовая» завеса в 250–400 м по фронту, которая могла продержаться 2–4 мин.

Рис.17 У нижней кромки башни щель воздухозаборника нагнетателя ПАЗ

Продолжение следует.

Глава 2. Угроза атомного оружия и рождение Т-55

Продолжение. Начало смотри здесь.

2.1. Ядерный фактор и Тоцкие учения

Лидером в применении ядерного оружия стали Соединённые Штаты. Осенью 1945 года атомные бомбы были сброшены на Хиросиму и Нагасаки. В это время Комитет начальников штабов вооружённых сил США разработал директиву № 1496/2, в которой впервые рассматривалась вероятность нанесения ядерного удара по Советскому Союзу. По мере накопления запасов ядерного оружия перечень целей в СССР всё возрастал. В 1948 году уже планировалось применение до 200 ядерных ударов.

Но 29 августа 1949 года с монополией США на ядерное оружие было покончено. На полигоне в 132 км юго-западнее Семипалатинска был испытан первый советский ядерный заряд. А в 1953 году была испытана первая советская тактическая ядерная бомба.

На Западе появилась концепция «ограниченной войны». Собственную концепцию разрабатывал и Генеральный штаб Советской Армии. В труде «Военная стратегия» под редакцией маршала В.Д. Соколовского отмечалось: «Танки по своим боевым свойствам более устойчивы к воздействию ядерного оружия, обладают высокой проходимостью и скоростью передвижения вне дорог... Из всех родов войск танковые войска в наибольшей степени соответствуют характеру ракетно-ядерной войны».

Рис.1 Колонна Т-55 на марше

Осенью 1954 года на полигоне севернее посёлка Тоцкое в Оренбургской области состоялись крупные войсковые учения под руководством Г.К. Жукова. Всего в манёврах участвовало около 45 000 человек, 600 танков и САУ, 500 орудий и миномётов, 320 самолётов. 14 сентября была взорвана атомная бомба мощностью 40 кт. Полученные результаты свидетельствовали, что наиболее устойчивыми к поражающим факторам являются танки, в частности, новейшие Т-54. Однако выяснилось, что, хотя сам танк мог выдержать воздействие ударной волны, он не обеспечивал защиту экипажа — машина не была герметичной.

2.2. Разработка ПАЗ и создание «Объекта 155»

Опытно-конструкторские работы по теме противоатомной защиты танков поручили КБ-60М Харьковского завода №75 в 1955 году. Требования военных были следующими: при избыточном давлении снаружи танка в 1 кг/см² давление внутри не должно повышаться более чем на 0,3 кг/см²; скорость срабатывания системы герметизации — 0,3 с после воздействия гамма-излучения.

Рис.2 Т-55А Проекции

Технический проект ПАЗ разрабатывался применительно к танку Т-54А с 1955 года и был утверждён в июле 1956 года. В 1957-м опытный Т-54А, оборудованный системой ПАЗ, проходил межведомственные испытания. По результатам испытаний в начале 1958 года систему доработали, после чего техническую документацию передали в Нижний Тагил.

Руководство ОКБ-520 и завода №183 вышло с предложением вносить изменения, связанные с установкой ПАЗ, комплексно, вместе с другими усовершенствованиями. Леонид Николаевич Карцев, в то время начальник ОКБ-520, вспоминает: «Вскоре у нас образовался солидный задел для внедрения в серийное производство. Зрела мысль ввести все новшества одновременно. В октябре 1955 года на завод приехал А.М. Сыч и я ему и И.В. Окуневу сказал об этом. Александр Максимович идею одобрил, а Иван Васильевич издал приказ по заводу о проведении этих работ».

Рис.3 Т-55А проекции

Новшества, внесённые при создании Т-55, Карцев перечисляет так: «Повышена мощность двигателя с 520 до 580 л.с.; применены топливные баки с вваренными в них профильными трубами для укладки выстрелов под названием "баки-стеллажи"; установлена система противоатомной защиты (ПАЗ); смонтирована термическая дымовая аппаратура (ТДА); использована унифицированная автоматическая система противопожарного оборудования (УА ППО); в воздушной системе установлен высокопроизводительный компрессор. Таких систем и оборудования в то время ни на одном танке в мире не было».

Продолжение следует.

Введение. Машина, ставшая эпохой

Есть в истории мирового танкостроения машины, которые перерастают статус просто боевого образца и становятся символами целых эпох. Т-34 стал воплощением Победы. «Тигр» — олицетворением германской инженерной мощи и одновременно её тупика. «Абрамс» ассоциируется с технологическим превосходством Запада. А Т-55? Т-55 стал чем-то большим, чем просто танк. Он стал идеей, воплощённой в металле. Идеей массовой войны, где решает не изысканность конструкции, а количество, выносливость, ремонтопригодность и упрямая, железная живучесть.

Рис.1 Один из первых вариантов Т-55 (изготовлен из задела деталей для Т-54)

Производившийся с 1958 по 1979 год (а модернизированные версии выпускались и позже), этот танк состоит на вооружении почти семьдесят лет. Около ста тысяч экземпляров всех модификаций было произведено в СССР, Польше, Чехословакии, Китае и Румынии. Ни одна модель танка в истории не была выпущена в таком количестве. Т-55 воевал на Ближнем Востоке и во Вьетнаме, в Афганистане и Анголе, в Индии и Пакистане, в Иране и Ираке, на Балканах и в Закавказье. Он был оружием освобождения и орудием диктатур, символом защиты и агрессии. Он устарел ещё полвека назад, но до сих пор не желает уходить со сцены, кочуя с поля боя в музей и обратно.

Рис.2   Один из ранних Т-55. Судя по состоянию буксировочного троса (в упаковочной промасленной бумаге) и наличию деревянных транспортных клиньев, машина только что пришла с завода. Наличие штатных бочек и креплений осветителя "Луна" к маске пушки дают основание датировать выпуск машины ориентировочно мартом-апрелем 1959 года. Из особо интересного - наличие забашенной корзины, которая не отмечена больше ни на одном фото.

Следует отметить, что рассказывать о Т-55 в отрыве от его предшественника Т-54 невозможно. Это не два разных танка — это одна эволюционная линия, один непрерывный процесс совершенствования, растянувшийся на три десятилетия. Т-55 стал логическим венцом развития Т-54, его квинтэссенцией, вобравшей в себя все те усовершенствования, которые конструкторы Нижнего Тагила и Харькова накапливали годами.

Глава 1. Предпосылки создания. От Т-34 к Т-54: долгий путь к совершенству

• Корни проекта

История Т-55 началась в Нижнем Тагиле, в танковом КБ под руководством Александра Александровича Морозова, в 1944–1945 годах. Грохот ещё не отгремевшей войны задал главный вектор: новый средний танк должен был стать неуязвимым для немецких 88-мм пушек, смертоносным и технологичным. За основу взяли удачный Т-44 и великий Т-34.

Рис.2  Т-55А

К концу войны Т-34-85 уже устарел. Главным образом военных не устраивала его компоновка и подвеска. И то, и другое было устранено в танке Т-44, но он не стал массовой машиной танковых войск. Что же не устроило танкистов в новой боевой машине? Ответ очевиден — пушка. 85-мм пушка ЗИС-С-53 была не только слабее немецкой 88-мм, но по бронепробиваемости уступала американской 76-мм пушке «Шермана». А вот это было не просто досадно — это было недопустимо с точки зрения послевоенных угроз.

Окончательно советские военные руководители лишились сна после получения по ленд-лизу для испытаний новейшего американского танка М26 «Першинг». Да, эта машина имела немало детских болезней, но главным её достоинством была 90-мм пушка, оставлявшая советскую 85-мм позади по всем показателям. Единственным ответом на этот вызов была 100-мм пушка, имевшаяся в нескольких опытных и одном серийном (Д-10) образцах. Её и определили в качестве основного вооружения перспективной боевой машины.

• Т-54: рождение легенды

Средний танк Т-54 стал первым послевоенным серийным танком («объект 137», год принятия на вооружение — 1946-й) и открыл новый этап в развитии отечественных боевых машин. Получился танк, созданный по всем классическим канонам советской школы танкостроения. Компактный, надёжный, достаточно простой в изготовлении и в эксплуатации, хорошо вооружённый и разумно защищённый боевой машина, унаследовавшая все лучшие черты «тридцатьчетвёрки».

Рис.2 Т-54А с ПАЗ

Танк вооружался современной 100-мм нарезной пушкой с отличной баллистикой, в то время как зарубежные машины имели орудия меньших калибров: 90 мм, 83,8 мм, 75 мм. Лобовая броня корпуса при наклоне 60° достигала толщины 120 мм, башни — 200 мм, что в 1,5–2 раза превышало те же характеристики танков, созданных за рубежом. Двигатель В-54 обеспечивал максимальную скорость в 1,5 раза выше, чем, например, у «Центуриона». При этом Т-54 был на 8 тонн легче американского М46 и на 14 тонн — английского «Центуриона».

В начале 1950-х годов американцы попытались исправить положение, создав танки М47 «Паттон II» (1951 г.) и М48 «Паттон III» (1952 г.) с довольно совершенной ходовой частью, хорошим уровнем броневой защиты, 90-мм пушкой и мощными снарядами М304, пробивавшими Т-54 на дальности 700 м. Англичане, в свою очередь, усилили броню «центурионов». Однако коренным образом всё изменилось с появлением британского 105-мм нарезного орудия L7A1. Его снаряд L28 имел бронепробиваемость 210 мм на дальности 2000 м и гарантированно поражал Т-54.

• Модернизации Т-54: путь к Т-55

Результатом первой крупной модернизации стал танк Т-54А («объект 137Г»), принятый на вооружение в 1954 году. Затем с 1956 года в армию стал поступать Т-54Б («объект 137Г2»), оснащённый стабилизатором пушки в двух плоскостях СТП-2 «Циклон». Экипаж снабдили активными приборами ночного видения: командира — ТКНИ, механика-водителя — ТВН-2, наводчика — инфракрасным ночным прицелом ТПН-1-21-11. Кроме того, танку придали оборудование для подводного вождения ОПВТ.

Продолжение следует.

Окончание. Начало смотри здесь.

5. Главная особенность: гусеницы между колёсами

Теперь о том, что делало «Объект 19» по-настоящему уникальным и одновременно проблемным. Ходовая часть представляла собой колёсное шасси формулой 4×4 со вспомогательным гусеничным движителем, располагавшимся между осями передних и задних колёс с обоих бортов.

Рис.6 Объект 19 до реставрации на открытой стоянке в Монино

Колёсный движитель состоял из четырёх ведущих колёс с широкопрофильными шинами низкого давления модели И-247А. Давление в шинах регулировалось с места механика-водителя в пределах от 0,7 до 3,0 кгс/см², подвод воздуха к колёсам был внутренним. Подвеска колёс — независимая, рычажная с пневматическими рессорами. Передние колёса были управляемыми.

Гусеничный движитель включал по три опорных полых катка с наружной амортизацией на каждый борт, заимствованных у плавающего танка ПТ-76. Передние опорные катки одновременно выполняли функции направляющих колёс и имели винтовые механизмы натяжения гусениц. Ведущие колеса кормового расположения имели цевочное зацепление. Между левой и правой гусеницами существовала простая дифференциальная связь, поэтому специального механизма поворота для гусеничного движителя не было.

Переход с колёсного хода на колёсно-гусеничный осуществлялся с помощью гидропривода, который опускал гусеничный блок на грунт. Процедура занимала от 15 до 20 секунд и могла производиться как на месте, так и в движении, без выхода экипажа из машины. Обратный процесс — подъём гусениц — занимал около 10 секунд.

Рис.7 Летние испытания

Для движения по воде использовались два водомётных движителя реактивного типа, расположенных в корме корпуса. Осевые насосы водомётов соединялись карданными валами с коробкой передач. Запас плавучести составлял 25%.

6. Силовая установка и трансмиссия

Сердцем «Объекта 19» являлся дизельный двигатель УТД-20 мощностью 300 лошадиных сил с жидкостной эжекционной системой охлаждения. Этот шестицилиндровый V-образный агрегат был специально разработан для бронетехники и отличался малой высотой, что позволяло вписать его в ограниченный по габаритам моторный отсек. Трансмиссия — механическая, обеспечивавшая передачу крутящего момента как на колёсный ход, так и на гусеничный движитель.

Рис.8 Объект 19 на спецполосе

При боевой массе 13,1 тонны удельная мощность составляла 22,9 л. с./т. Максимальная скорость на колёсном ходу достигала 80 км/ч, на колёсно-гусеничном — 52 км/ч, на плаву — 10 км/ч. Запас хода по шоссе составлял 500 км. На одной полной заправке в 430 литров машина могла преодолеть до 600 км.

7. Испытания: «средний» — не значит «плохой», но и не значит «хороший»

Полигонные испытания «Объекта 19» состоялись в 1965 году. Машина прошла их, нужно сказать, довольно неплохо. На дорогах с твёрдым покрытием колёсный «Объект 19» был быстрее гусеничных конкурентов, хотя и уступал чисто колёсному варианту. По пересечённой местности машина с комбинированным движителем проигрывала в проходимости гусеничным образцам, но превосходила колёсные. В общем, «Объект 19» обладал усреднёнными качествами по скорости и проходимости среди своих конкурентов.

Рис.9 Объект 19 на полевых испытаниях

Однако испытания выявили и серьёзные проблемы:

• чрезвычайная сложность конструкции и, как следствие, высокая стоимость производства. Два движителя, два комплекта подвески, механизм опускания и подъёма гусениц — всё это значительно удорожало машину;
• сложность в эксплуатации. В условиях срочной службы, когда солдаты-срочники обслуживают технику, подобная роскошь была непозволительной;
• отсутствие дифференциала между гусеницами затрудняло поворот на гусеничном ходу. При колёсном ходе управляемыми были только передние колёса, при совместной работе обоих движителей в управление включались и задние. Потеря всех четырёх колёс делала машину полностью неуправляемой;
• гусеничный движитель, хоть и позволял двигаться при поражении колёс, в глубокой колее обеспечивал крайне плохую поворотливость.

В то же время машина сохраняла подвижность даже при потере трёх колёс, двигаясь на гусеничном движителе. Это было безусловным плюсом, но не перекрывало общей сложности конструкции.

8. Тактико-технические характеристики «Объекта 19»

9. Вердикт: И снова гусеницы победили

По результатам конкурсных сравнительных испытаний 1965–1966 годов предпочтение было отдано гусеничному «Объекту 765», разработанному в челябинском ГСКБ-2 и впоследствии принятому на вооружение под обозначением БМП-1. «Объект 19» на вооружение принят не был.

Рис.10 Графика Объект 19

Причины были очевидны и не требовали долгих обсуждений. Колёсно-гусеничная схема, при всей своей теоретической привлекательности, на практике оказалась слишком сложной, дорогой и капризной. Военные справедливо рассудили: зачем платить двойную цену за двойной движитель, если гусеничная машина обеспечивает достаточную проходимость в любых условиях, а на шоссе её скорость вполне приемлема?

Кроме того, установка колёс и гусениц на одном образце настораживала военных с точки зрения эксплуатации. В условиях срочной службы, когда механики-водители меняются каждые два-три года, а полевые мастерские работают под открытым небом, подобная сложность была неприемлема. Машина должна была быть простой, надёжной и ремонтопригодной — и в этом «Объект 765» выигрывал безоговорочно.

10. Судьба единственного экземпляра

«Объект 19» был выпущен в единственном экземпляре. После завершения испытаний машину передали в Бронетанковый музей в подмосковной Кубинке, где она долгие годы находилась в экспозиции в, мягко говоря, печальном состоянии. Однако в 2017 году единственный «Объект 19» был отреставрирован до ходового состояния — событие, безусловно, радостное для всех любителей бронетехники.

Рис.11 Объект 19 в музее Монино

Увы, история не терпит сослагательных наклонений. «Объект 19» так и остался в истории отечественного танкостроения как один из самых смелых и технически насыщенных экспериментов эпохи Холодной войны. Создание этой машины позволило военным проверить жизнеспособность концепции колёсно-гусеничного гибрида и понять пределы сложности боевой техники. Но в серию она не пошла — и, как показали последующие десятилетия, правильно сделала. Гусеницы в итоге остались уделом БМП, а колёса — уделом БТР. Каждый занял свою нишу.

Источники и литература:

Карпенко А. В. Обозрение отечественной бронетанковой техники (1905–1995). — СПб.: Невский Бастион, 1996. — 480 с. — 10 000 экз. — С. 120.

Приложение 1 // Техническое описание и инструкция по эксплуатации 73-мм гладкоствольного орудия 2А28. — С. 135. — 147 с.

Павлов М., Павлов И. История создания БМП // Техника и вооружение: вчера, сегодня, завтра. — 2010.

Павлов М. В., Павлов И. В., Федосеев С. Л. БМД-1. Боевая машина «крылатой пехоты» // Техника и вооружение. — 2009. — № 12. — С. 30.

Боевая машина пехоты «Объект 19». Дата обращения: 18 февраля 2012. Архивировано 20 ноября 2012 года.

«Объект 19» в Бронетанковом музее г. Кубинка // commons.wikimedia.org.

Пашолок Ю. Авиационная пушка как зенитка // yuripasholok.livejournal.com. — 2021. — 6 января.

Денисовец В. КГБМ «Объект 19» // denisovets.ru. — [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://denisovets.ru/brone/bronepages/object19.html

«Объект 19: опытная колёсно-гусеничная БМП» // pikabu.ru. — [Электронный ресурс].

«Опытная БМП «Объект 19»» // voentex.ru. — 2021. — 4 июня.

«Австрийский Зауэр» из алтайской глубинки, или Как в Рубцовске пытались поженить колёса с гусеницами

1. Чем обусловлена причина разработке принципиально нового образца техники

К началу 1960-х годов советское военное руководство оказалось перед крайне неприятным осознанием: пехота, сидящая в бронетранспортёрах, — это не пехота, а «пассажиры на поле боя».

БТР-40, принятый на вооружение в 1950 году, не имел крыши и не позволял десанту вести огонь изнутри.

БТР-152, при всей своей массовости, страдал теми же болезнями, а его проходимость оставляла желать лучшего.

БТР-50П, гусеничный и более совершенный, представлял по сути транспортное средство для перевозки двадцати человек, которые скученно размещались в средней части машины и не могли активно участвовать в бою.

Даже БТР-60П, только-только поступавший в войска, при всех своих достоинствах не решал главного вопроса: как сделать мотострелков полноценными участниками общевойскового боя, а не грузом, который доставляют к месту сражения.

В условиях гипотетического конфликта с применением ядерного оружия, химии и бактериологии пехота, передвигающаяся «на броне» или пешком за танками, становилась просто мишенью. Нужна была машина закрытая, герметичная, защищённая от поражающих факторов ОМП, способная преодолевать водные преграды и обладающая достаточной огневой мощью для самостоятельной борьбы с бронетехникой противника. Иными словами — не бронетранспортёр, а боевая машина пехоты.

Рис.1 Объект 19 на заводском дворе

В 1959–1960 годах по распоряжению начальника танковых войск генерал-полковника П. П. Полубоярова в Военной академии бронетанковых войск и на НИИБТ полигоне была проведена масштабная научно-исследовательская работа по выработке тактико-технических требований к принципиально новому классу техники. В феврале 1961 года вышло постановление Совета Министров СССР № 141-58, в соответствии с которым нескольким конструкторским бюро была поручена разработка технических проектов БМП массой 10–12 тонн. Военные сформулировали предельно чёткие требования:

• защита экипажа и десанта от оружия массового поражения;
• значительная огневая мощь, достаточная для борьбы с танками;
• преодоление водных преград вплавь без специальной подготовки;
• возможность ведения огня изнутри машины.

Следует отметить, что тип движителя военные сознательно оставили открытым. С одной стороны, колёсная ходовая часть обеспечивала высокие динамические качества, ресурс и скорость на шоссе. С другой — гусеничная давала лучшую проходимость по сложным грунтам и устойчивость к повреждениям. Консенсуса не было. И тогда ГАБТУ решило: пусть каждый предложит своё видение, а испытания рассудят.

В конкурсе приняли участие сразу несколько КБ: челябинское ГСКБ-2 представило гусеничный «Объект 765», волгоградцы предложили колёсно-гусеничный «Объект 911» и гусеничный «Объект 914», брянский БАЗ построил колёсный «Объект 1200», курганцы работали над «Объектом 659». А в далёком алтайском городе Рубцовске родилась, пожалуй, самая необычная машина всего конкурса.

2. Рубцовск вступает в игру: Алтайский тракторный завод и Военная академия

Разработка «Объекта 19» началась в 1964 году в конструкторском бюро Алтайского тракторного завода (АТЗ) в городе Рубцовске, совместно с Военной академией бронетанковых войск имени Р. Я. Малиновского (ВА БТВ). Выбор такого тандема был не случаен: АТЗ, созданный в 1942 году как эвакуационная площадка для Харьковского тракторного завода, имел солидный опыт в создании гусеничной техники, а академия привнесла фундаментальную научную базу и понимание тактических требований.

Рис.2 Объект 19 на полигонных испытаниях

Стоит напомнить, что сам Рубцовск — город далеко не столичный, и конструкторское бюро там не могло похвастать такими ресурсами, как КБ в Челябинске или Волгограде. Но именно это обстоятельство, как это часто бывает, подтолкнуло инженеров к нестандартным решениям. Если в Челябинске и Волгограде шли более или менее классическими путями, то рубцовские конструкторы решили пойти по пути, который в истории мирового танкостроения уже пробовали, но в послевоенном СССР ещё не применяли: создать колёсно-гусеничную БМП с вспомогательным гусеничным движителем.

Рис.3 Проекции объекта 19

Идея, в общем-то, была не нова. Ещё в 1930-х годах австрийские «Зауэры» и чешские машины пытались совместить колёса с гусеницами. Советские быстроходные танки серии БТ могли двигаться на колёсах со снятыми гусеницами. Но рубцовцы пошли иным путём: гусеницы не снимались, а располагались между осями колёс и опускались на грунт при необходимости. Это был своего рода «гибрид наоборот» — машина, в которой гусеницы были не основным, а дополнительным движителем.

3. Конструкция: сварной корпус, башня от БМП-1 и десант «вокруг башни»

Корпус «Объекта 19» представлял собой сварную конструкцию из стальных катаных броневых листов высокой твёрдости и внешне напоминал конструкцию БРДМ-2. Бронирование — противопульное, что было обусловлено требованиями к плавучести и ограничением по массе. Лобовая деталь обеспечивала защиту от крупнокалиберных пулемётов, борта и корма — от пуль винтовочного калибра и осколков.

Компоновка машины была оригинальной. Место механика-водителя находилось спереди слева, справа от него располагался командир машины.

Рис.4 Объект 19 на полигонных испытаниях. Вид сзади-сверху. Видны люки для выхода десанта

У каждого члена экипажа имелся индивидуальный люк для выхода. В средней части корпуса находилось боевое отделение с одноместной башней кругового вращения, конструктивно повторявшей башню БМП-1. Места десанта располагались вокруг боевого отделения: три посадочных места — за спинами экипажа, и ещё четыре — в кормовой части, по два слева и справа по борту. Обе части десантного отделения сообщались между собой проходами вдоль бортов корпуса.

Выход десанта осуществлялся через верхние люки на крыше корпуса, расположенные за башней. Решение, мягко говоря, не самое удобное — в условиях боя покидать машину через люки в крыше под огнём противника было занятием малоприятным. Но кормовую часть занимало моторно-трансмиссионное отделение, и иного выхода конструкторы не нашли.

В корпусе имелись амбразуры для стрельбы из личного оружия десантников. В передних боковых листах корпуса размещались два пулемёта калибра 7,62 мм. Общий боевой расчёт машины составлял десять человек: два члена экипажа и восемь десантников.

4. Вооружение: единый боевой модуль для всех конкурсантов

Как и все машины, представленные на конкурс БМП, «Объект 19» получил единый комплект вооружения. В одноместной башне кругового вращения устанавливалось 73-мм гладкоствольное орудие-пусковая установка 2А28 «Гром» с длиной ствола 29 калибров и боекомплектом 40 выстрелов. Орудие полуавтоматическое, способное вести огонь как обычными снарядами, так и активно-реактивными гранатами ПГ-15В с кумулятивной боевой частью, пробивавшей до 300 мм гомогенной брони. Углы вертикального наведения составляли от −4° до +30°, дальность стрельбы — до 4 км. Прицеливание осуществлялось через комбинированный прицел 1ПН22.

Рис.5 Зимние испытания

С пушкой был спарен 7,62-мм пулемёт ПКТ с боекомплектом 2000 патронов. Для борьбы с тяжёлой бронетехникой на башне монтировалась пусковая установка противотанкового управляемого комплекса 9М14М «Малютка» с четырьмя ракетами в укладках. Управление ракетой осуществлялось наводчиком-оператором по проводам с помощью джойстика, дальность пуска — от 500 до 3000 метров.

Окончание следует.

«Гибрид наоборот», или как волгоградские конструкторы пытались скрестить колёса с гусеницами

1. Причины начала разработок

Мотострелкам нужна была машина. Не бронетранспортёр, а именно боевая машина. К началу 1960-х годов в советских военных кругах окончательно созрело понимание: бронетранспортёры, состоявшие на вооружении мотострелковых подразделений, безнадёжно устарели.

В 1961 году Министерство обороны СССР сформулировало тактико-технические требования к принципиально новому классу техники — боевой машине пехоты. Требования были предельно жёсткими и не допускали двусмысленных трактовок:

• защита экипажа и десанта от поражающих факторов оружия массового поражения;
• значительная огневая мощь, достаточная для самостоятельной борьбы с танками противника;
• способность преодолевать водные преграды вплавь без специальной подготовки;
• возможность ведения огня изнутри машины.

Следует отметить, что речь шла не просто о модернизации существующих образцов. Военные хотели получить нечто принципиально новое — машину, которая стала бы полноценным участником боевого порядка наравне с танками. Именно поэтому в конкурс были включены проекты с разными типами движителей: гусеничные, колёсные и даже комбинированные колёсно-гусеничные. ГАБТУ решило дать волю конструкторам — пусть каждый предложит своё видение, а испытания рассудят.

И вот здесь начинается самое интересное. Пока в Челябинске на ГСКБ-2 проектировали гусеничный «Объект 765», в Брянске на БАЗе строили колёсный «Объект 1200», в Кургане и Рубцовске трудились над своими вариантами, в Волгограде на тракторном заводе пошли, пожалуй, самым необычным путём. Здесь решили скрестить два типа движителей в одной машине.

2. Волгоград вступает в игру: кто и как создавал «Объект 911»

Рис.1 Объект 911 в музейной экспозиции

Разработка «Объекта 911» была начата в конструкторском бюро Волгоградского тракторного завода (ВгТЗ) под руководством главного конструктора И. В. Голованова. По некоторым данным, проект был представлен Государственному комитету по оборонной технике 9 августа 1963 года, а ГКОТ дал разрешение на изготовление опытного прототипа. Ходовой макет машины был изготовлен в том же году, а полноценный опытный образец создан в 1964 году.

Логика волгоградских конструкторов была проста и одновременно амбициозна: зачем выбирать между колёсами и гусеницами, если можно получить и то, и другое? Колёсный движитель обеспечивал высокую скорость на дорогах с твёрдым покрытием и экономию ресурса гусениц на маршах. Гусеничный — гарантировал проходимость на бездорожье, в условиях весенней распутицы и на пересечённой местности. В теории получалась идеальная машина для мотострелков: быстрая на шоссе и проходимая там, где дорог нет.

Впрочем, как покажут испытания, теория и практика — вещи далеко не всегда совместимые. Но об этом чуть позже.

3. Конструкция: сварной корпус, единая башня и шесть амбразур

«Объект 911» был создан на специальной базе, разработанной с нуля. Машина представляла собой плавающую гусенично-колесную боевую машину пехоты с кормовым расположением моторно-трансмиссионного отделения. Корпус и башня были сварены из стальных катаных броневых листов, обеспечивавших противопульную защиту. В корпусе имелось шесть амбразур для стрельбы из личного оружия десантников.

Рис.2 Объект 911 на колёсном ходу. Вид спереди слева

Компоновка машины была продумана с учётом удобства размещения расчёта. Экипаж состоял из двух человек: механик-водитель размещался в носовой части корпуса вдоль продольной оси машины, а командир (он же наводчик и заряжающий) — в боевом отделении. Среднюю часть корпуса занимали боевое и десантное отделения. В десантном отделении размещались восемь пехотинцев. Исходя из возможности передвижения войск на большие расстояния, высота корпуса машины была увеличена до 1200 мм.

Рис.3 Вид спереди справа

Выход десанта из машины осуществлялся в сторону кормы корпуса над трансмиссией через задний люк. Для посадки двух пулемётчиков имелись два люка в носовой части корпуса. Оружие, размещённое в башне, уровень броневой защиты и силовая установка были такими же, как на БМП «Объект 765».

4. Вооружение: единый боевой модуль для всех конкурсантов

Башня «Объекта 911», как и у всех машин, представленных на конкурс, была унифицирована. В ней размещалось 73-мм гладкоствольное орудие-пусковая установка 2А28 «Гром» с длиной ствола

Рис.4 Объект 911 на полигонных испытаниях. Хорошо видно площадку для высадки десанта

29 калибров и боекомплектом 40 выстрелов. Орудие полуавтоматическое, способное вести огонь как обычными снарядами, так и реактивными гранатами. Углы вертикального наведения варьировались от −4° до +30°, дальность стрельбы — до 4 км. Прицеливание осуществлялось через комбинированный прицел 1ПН22.

Рис.5 Вид сзади с открытым люком для выпуска десанта.

С пушкой был спарен 7,62-мм пулемёт ПКТ с боекомплектом 2000 патронов. Для борьбы с тяжёлой бронетехникой на башне устанавливалась пусковая установка противотанкового управляемого комплекса 9М14М «Малютка» с четырьмя ракетами в укладках. Управление ракетой осуществлялось наводчиком-оператором по проводам. Дальность пуска составляла от 500 до 3000 метров.

5. Главная особенность: два движителя в одной машине

Теперь о том, что делало «Объект 911» по-настоящему уникальным — колёсно-гусеничная ходовая часть. Это была главная инновация и одновременно главный источник проблем волгоградской машины.

Рис.6 Вид спереди (на колёсном ходу)

Гусеничный движитель состоял из пяти опорных и двух поддерживающих катков на каждый борт. В гусеничном движителе использовались гусеницы с открытым металлическим шарниром и борированными пальцами, опорные катки с наружной амортизацией и алюминиевыми дисками. Конструкция траков была такой же, как у траков танка ПТ-76. На машине имелись два гидравлических механизма натяжения гусениц. В системе подрессоривания гусеничного движителя входили десять узлов пневматической подвески, смонтированных в балансирах.

Рис.7 Вид спереди на гусеничном ходу

Колёсный движитель состоял из четырёх пневматических колёс (840 × 300А), заимствованных от шасси самолёта Ил-14. Да, именно самолётные колёса. Они были легче автомобильных и допускали большую перегрузку, хотя были менее износостойкими. Колёса располагались за гусеницами и опускались на грунт при необходимости. Два передних колеса были управляемыми от рулевой колонки автомобильного типа, которая была сделана убирающейся для удобства посадки механика-водителя. Задние колёса были ведущими с приводом от главного вала коробки передач через муфту включения. Независимая пневматическая подвеска колёсного хода имела четыре пневматические рессоры.

Рис.8 Вид сбоку на гусеничном ходу

Переход с колёсного на гусеничный ход и наоборот занимал от 1,5 до 2 минут и производился без выхода экипажа из машины, при работающем двигателе. Изменение клиренса от 96 мм до 426 мм и смена типа движителя осуществлялись на остановках механиком-водителем. Пневматическая подвеска машины была полностью унифицирована с подвеской лёгкого танка «Объект 906Б».

Рис.9 Вид сбоку на колёсном ходу

Поворот машины как на колёсном, так и на гусеничном ходу осуществлялся с помощью рулевого колеса с гидроусилителем. Поворот на колёсном ходу ввиду отсутствия дифференциала осуществлялся выключением бортового фрикциона отстающего борта при некотором угле поворота рулевого колеса. Для движения по воде использовались два водомёта, расположенных в кормовой части машины. Привод к водомётам осуществлялся от коробки передач. Рабочие колёса водомётов танка ПТ-76 и БМП имели одинаковую конструкцию.

Окончание следует.

Этой статьёй я начинаю новый раздел на сайте, посвящённый боевым машинам пехоты и боевым машинам десанта.

Часть 1. Объект 1200: колёсная боевая машина пехоты, которая проиграла гусеницам

1. Причины начала создания новой машины.

К началу 1960-х годов советское военное руководство осознало крайне неприятную вещь: бронетранспортёры, состоявшие на вооружении мотострелковых подразделений, безнадёжно устарели. БТР-40, принятый на вооружение ещё в 1950 году, уже не отвечал требованиям современного общевойскового боя.

Рис.1 БТР-152

БТР-152, при всей своей массовой, тоже не мог считаться полноценным средством доставки пехоты на поле боя — машина не имела крыши, не защищала от оружия массового поражения и, что самое главное, не позволяла десанту вести огонь изнутри.

Рис.2 БТР-60

БТР-60, только-только поступавший в войска, был шагом вперёд, но и он не решал главную задачу: превратить мотострелков из «пассажиров бронированного автобуса» в полноценных участников боя, способных сражаться, не покидая машину.

В 1961 году Министерство обороны СССР сформулировало тактико-технические требования к принципиально новому классу техники — боевой машине пехоты. Требования были предельно жёсткими:

• защита экипажа и десанта от поражающих факторов оружия массового поражения;
• значительная огневая мощь, достаточная для самостоятельной борьбы с танками противника;
• способность преодолевать водные преграды вплавь без специальной подготовки;
• возможность ведения огня изнутри машины.

Следует отметить, что речь шла не просто о модернизации существующих образцов. Военные хотели получить нечто принципиально новое — машину, которая стала бы полноценным участником боевого порядка наравне с танками.

Именно поэтому в конкурс были включены проекты с разными типами движителей: гусеничные, колёсные и даже колёсно-гусеничные. ГАБТУ решило дать волю конструкторам — пусть каждый предложит своё видение, а испытания рассудят.

2. Брянск вступает в игру: начало работ над «Объектом 1200»

Разработка «Объекта 1200» началась в 1964 году в конструкторском бюро Брянского автомобильного завода (БАЗ). Руководство проектом было возложено на главного конструктора Рафаила Александровича Розова. Выбор БАЗа в качестве одного из участников конкурса был далеко не случайным: предприятие имело солидный опыт создания колёсных бронированных машин. Достаточно вспомнить, что именно на БАЗе в 1950–1955 годах выпускался БТР-152, а позднее — БТР-60. У брянских инженеров были наработаны компетенции в проектировании колёсных шасси с формулой 8×8, и они вполне резонно решили использовать этот опыт.

Рис.3 Объект 1200 вид слева (внизу) Один из вариантов установки башни (вверху)

Логика брянских конструкторов была проста и понятна: колёсный движитель обеспечивал высокий ресурс, скорость передвижения по дорогам с твёрдым покрытием и возможность унификации с существующей автомобильной техникой в войсках. Если БТР-60 показал себя в эксплуатации вполне приемлемо, почему бы не развить эту концепцию до уровня полноценной боевой машины пехоты?

Уже в сентябре 1965 года был создан опытный образец «Объекта 1200». Правда, машина вышла на испытания в несколько усечённом виде: в башне отсутствовали орудие, пулемёт и пусковая установка — вместо них установили весовые имитаторы. Это было вполне типичной практикой для конкурсных испытаний того периода, поскольку башни всех представленных на конкурс машин были практически идентичны и их огневая мощь сравнивалась отдельно.

3. Конструкция: сварной корпус и необычная компоновка десанта

Рис.4 Объект 1200 с имитатором башни

«Объект 1200» представлял собой колёсную боевую машину пехоты с формулой 8×8. Корпус машины имел прямоугольную форму и был сварен из катаных броневых листов стали марки 2П. Лобовая деталь обеспечивала защиту от огня крупнокалиберных пулемётов, бортовая и кормовая броня — противопульная. Крыша корпуса была выполнена в виде ровного листа с люками и крышками различного назначения, а в центральной её части располагался отсек для установки башни.

Компоновка машины была весьма оригинальной и в чём-то даже провидческой. В носовой части, под прикрытием толстой лобовой брони, размещались рабочие места механика-водителя (слева) и командира (справа). Над их головами в крыше были врезаны индивидуальные люки. А вот дальше начиналось то, что позднее станет характерной чертой ряда зарубежных БМП: десант размещался не только за боевым отделением, но и перед ним. Сразу за местами командира и механика-водителя находились три посадочных места для солдат.

В средней части корпуса располагалось боевое отделение с одноместной башней, конструктивно и схематически повторявшей башню БМП-1. В башне размещалось рабочее место наводчика-оператора, управлявшего комплексом вооружения.

Рис.5 Погрузка экипажа и десанта

За боевым отделением, в кормовой части слева, находилось моторно-трансмиссионное отделение. Оставшийся объём кормы был отдан под сиденья ещё для четырёх бойцов с оружием. Таким образом, общий десант составлял семь человек, а экипаж — три.

Посадка и высадка осуществлялись через одну кормовую пороговую дверь и два люка в крыше. Передний объём десантного отделения соединялся с задним узким проходом. В передней части корпуса также размещались лебёдка и волноотражательный щиток.

4. Вооружение: единый боевой модуль для всех конкурсантов

Башня «Объекта 1200», как уже упоминалось, была унифицирована с башнями других машин, представленных на конкурс. В ней размещалось 73-мм гладкоствольное орудие-пусковая установка 2А28 «Гром» с длиной ствола 29 калибров и боекомплектом 40 выстрелов. Орудие полуавтоматическое, способное вести огонь как обычными снарядами, так и реактивными гранатами. С пушкой был спарен 7,62-мм пулемёт ПКТ с боекомплектом 2000 патронов.

Рис.6   73-мм гладкоствольное орудие-пусковая установка 2А28 «Гром»

Для борьбы с тяжёлой бронетехникой на башне устанавливалась пусковая установка противотанкового управляемого комплекса 9К11 «Малютка» с четырьмя ракетами 9М14 в укладках. Управление ракетой осуществлялось наводчиком-оператором по проводам. Дальность пуска составляла от 500 до 3000 метров. Углы вертикального наведения орудия варьировались от −4° до +30°, дальность стрельбы — до 4 км. Прицеливание осуществлялось через комбинированный прицел 1ПН22.

5. Силовая установка и ходовая часть: сильные стороны и слабые места

Сердцем «Объекта 1200» был дизельный двигатель УТД-20 мощностью 300 лошадиных сил, производства барнаульского завода «Трансмаш». Этот шестицилиндровый V-образный агрегат с углом развала блоков 120 градусов был специально разработан для бронетехники и отличался малой высотой, что позволяло вписать его в ограниченный по габаритам моторный отсек. Трансмиссия передавала крутящий момент на все восемь ведущих колёс.

Рис.7 Объект 1200 вид спереди

Главной инновацией ходовой части стала гидропневматическая индивидуальная подвеска каждого колеса. Механик-водитель мог изменять клиренс машины в диапазоне от 410 до 550 мм, регулируя давление в амортизаторах прямо из кабины. Колёса оснащались широкопрофильными шинами с системой централизованной подкачки воздуха. Колёса передних двух осей были управляемыми.

Для движения по воде в кормовой части размещались два водомётных движителя реактивного типа, заимствованных с плавающего танка ПТ-76.

Рис.8 Вид сзади Справа хорошо видно дверцу для посадки/высадки десанта

Их заборные окна находились на бортах, выпускные патрубки — в кормовом листе. Скорость на плаву достигала 10 км/ч.

Окончание следует.